Туман над тихой речкой,уснувший поплавоки стелется беспечноот костерка дымок.Сижу и вспоминаюдрузей, слова, года…и вновь не успеваюприйти к себе туда,на тот забытый берег,где синий лес вдали,где ветер еле-елекачает ковыли.И, видимо, не скороувидеть сужденочерешню у забора,знакомое окно…Не для меня сегоднятуманы на лугуи лодка возле сходней,и удочки в углу.<p>Почти по Блоку</p>Ночь, утро, вечер, дом, работа.Привычный каждодневный круг,где чувства входят в часть расчета,а напоказ лишь позолота,как щит от бесконечных вьюг.Уставшее лицо вокзала.И снова поезд в мой январь.Там нет конца и нет начала…Но будут вечно: «…рябь канала,аптека, улица, фонарь».<p>Последний лист</p>Жизнь моя – одни убыткии потери, жди-не жди.Неудачные попытки,в прошлом крепкие напитки…И прощальный скрип калитки,будто стон больной груди.Лист последний тихо кружитнад моею головой.И транжиры – злые стужи,тратят всех, кто мил, кто нужен…Тишина и мрак все глубже,тяжелее надо мной.Желтый лист, и тот без даты…Ничего другого нет, —нет ни дерева, ни хаты,все ушло, ушло куда-то…А ведь помнишь, был когда-тоу листа зеленый цвет.<p>Хатки, старенькие хатки…</p>Хатки, маленькие хаткисредь высоких тополей,вы мне сестры, вы мне бра́тки,вы души истертой латки,—так печалитесь о ней.Вы печалитесь о всяком,каждый дорог вам и мил…Подоконнички не лаком,а слезой да вздохом-ахомвам Всевышний окропил.Отвернусь я от соседок,отвернусь от грустных лип,увернусь от хлестких веток,и услышу напоследоку калитки тихий всхлип.Хатки, старенькие хаткисредь высоких тополей,вы души моей заплатки,помолитесь же о ней.<p>Хорошо</p>Хорошо сидеть и слушать,как поет в печурке вечер,как танцует дождь на крыше,оступаясь и скользя.Как шальной какой-то ветер(что не скажешь – он не слышит)отнимает одежонкуу промокшего дождя.<p>Снова осень пришла…</p>Снова осень пришла, снова птицы летятза теплом и едой в край чужой и далекий.Опустел луг и лес, стал беззвучен закат,и уже не дерутся за гнезда сороки.Так и люди – куда-то спешат и спешат…Словно птицы, стремятся в уютные дали.Как до этого жили, так жить не хотят,а хотят – чтоб без слез, без забот и печалей.Я бы тоже ушел, позабыв и траву,и камыш на пруду, и поляну меж сосен…Я без них, может быть, как-нибудь проживу,только как же она без меня – эта осень?<p>На северо-запад…</p>
