− Еще бы. Мы выросли вместе, Элена. И даже вместе поступили в военно-магическую академию. Но я быстро понял, что это не мое. Дэсмонд сразу же проявил себя как блестящий стратег. А я… Спасать жизни порой не легче, чем отнимать их. Но для меня все же первое куда предпочтительнее второго. Да, я имею представление о боевой магии, и весьма неплохое. Но смею надеяться, что приношу куда больше пользы как врач, а не как солдат.
− И вы никогда не сожалели о выбранном пути?
− Лишь однажды. Когда смотрел, как на моих глазах погибают солдаты и офицеры, сражавшиеся в последнем и единственном сражении Темного столкновения, которое позже нарекли битвой Павших. Потому что большинство из них погибло не на поле боя, а уже после, в госпитале. Я смотрел как они, магически иссушенные и медленно умирающие, уходят один за другим, и ничего не мог сделать. Остатки магии утекали из раненых, унося с собой их жизни слишком быстро, чтобы мы смогли разгадать эту загадку.
− Мне жаль, что вам довелось испытать такое.
− Спасибо, Элена. Но, думаю, что ваша судьба тоже была не слишком легка. Скрываемая прежде ото всех воспитанница герцогини Ривельской − эта история хороша для обычных людей, но не для членов семьи. Взявшаяся из ниоткуда девушка, так спешно взятая тетушкой под опеку, − Теодор внимательно посмотрел на меня, − или не только ей, − добавил он многозначительно, − определенно должна хранить в своем прошлом не слишком радостные тайны.
− Доктор Руссо, вы считаете меня недостойной работать здесь? − Я замедлила шаг, а затем вовсе остановилась, пристально смотря на него.
− Совсем нет, Элена. Скорее даже наоборот. Я доверяю мнению герцогини и не сомневаюсь в вашей порядочности. А нерадостные события, пережитые вами, − они помогут вам в работе. Если хотите, сделают вас более достойной ее. Что до тайн, которые, я уверен, вы храните − кто я такой, чтобы просить вас их раскрыть?
− Доктор Руссо, я…
− Элена, пожалуйста, сегодня я для вас просто Теодор.
− Хорошо, − я улыбнулась. − Теодор, вы сказали, что многие в битве Павших погибли от магического иссушения, а не от ран. Но я раньше никогда не слышала об этом.
− Это никогда не было секретом. Просто так сложилось, что в газетах куда больше внимание уделяли радости от победы и скорби по погибшим, чем описанию причины их смерти.
− А те, кто остался жив − Дэсмонд и остальные − они разве не были ранены?
− Были. Но у всех пятерых был очень высокий магический потенциал, который, как я полагаю, и позволил им исцелиться от ран. Но у нас тогда было слишком мало времени и почти не было данных, чтобы установить это точно и, тем более, отыскать способ исцеления. Хотя я убежден, что нам еще представится возможность найти его. Возможно, именно с вашей помощью.
Утро следующего дня наступило для меня непривычно поздно. За прошедшее лето я привыкла просыпаться незадолго до рассвета. А сегодня, когда я открыла глаза, солнце было уже высоко над горизонтом. Приведя себя в порядок, я вышла из комнаты и подошла к лестнице, чтобы спуститься вниз позавтракать. Но я успела преодолеть только несколько ступенек, когда услышала доносящиеся снизу голоса эры Новиты и герцога.
− Мама, только не говори мне, что ты решила превратиться в сторожевого пса, стремящегося всеми силами помешать мне встретиться с Эленой!
− Конечно нет, Дэс! Как я могу воспрепятствовать тебе? −Я услышала, как герцог сдавленно усмехнулся. − Но девочке после всех тревог нужно побыть в покое и хорошо отдохнуть. А ты, дай тебе волю, опять потащишь ее в допросную.
− Она рассказала тебе?
− Нет, сын. Но я хорошо знаю тебя и достаточно осведомлена о том образе жизни, который ты сейчас ведешь, чтобы понимать, что познакомиться с девушкой ты мог только в подобном экстравагантном месте.
− Я не таскал, как ты выразилась, Элену в допросную, мама. Моего служебного кабинета было достаточно.
− Вот об этом я и говорю. Ты и раньше был не в меру сосредоточен на работе, а в последние годы, с тех пор, как твой отец…
− С тем, что произошло с отцом, я не смирился. И никогда не смирюсь. Пока будет хотя бы единственный шанс все изменить, я не прекращу поиск. А ты? Неужели ты хотя бы на мгновение позволила себе сдаться?
− Конечно нет, Дэсмонд. Без него… Без него меня тоже не станет.
− Не говори так. Ты…
− Дай мне закончить, сын. Когда все закончится − так или иначе, раньше или позже, − то мы с твоим отцом не заставим друг друга долго ждать у края вечности, чтобы вместе перешагнуть его. Но мы прожили вместе долгую счастливую жизнь. И даже если она больше никогда не вернется, мне не о чем сожалеть. Но ты, ты взвалил на себя слишком тяжелую ношу. Обязанности герцога, служба в управлении и бесконечный поиск. Всего этого слишком много для одного человека, даже для такого сильного, как ты.
