И это действительно так. Когда он позвонил тогда, собираясь с другом на горнолыжную базу, мне почему-то показалось, что после того разговора Кирилл станет писать что-то очень личное. Возможно, поделится переживаниями или какими-нибудь желаниями, в которых так или иначе фигурирую я. Однако же мы действительно просто общаемся: обо всем и ни о чем. Как будто между нами и не было того пламени, что обжигало кожу и опаляло сердца.
– Ну и пусть. Но ведь он должен…
– Ваня, – перебиваю я и сдержано вздыхаю. – Всё. Закрыли тему.
Я знаю, что эта новость пошатнет жизнь Кирилла. Расшатает её так, что потом не собрать обратно. Я и так наделала делов. Пора заканчивать. Даже несмотря на то, что порой у меня возникает желание ощутить это неведомое мне чувство, далекое от одиночества. Полную противоположность тому, когда точно знаешь, что рядом с тобой есть человек, с которым вас связывает намного больше, чем общение в WhatsApp и секс.
Ребенок.
Будущий ребенок.
«Что взял покушать с собой?»
«Приготовил мясо в духовке с картошкой и салат нарезал».
«Здорово».
Я всегда поражаюсь тому, что Кирилл сам готовит поесть. То есть… В моем воображении в их семье именно он занимается приготовлением пищи. Не знаю, может в этом нет ничего странного, но для меня – по-настоящему немыслимо. Бывает он приезжает домой после работы и пишет, что очень проголодался. И, когда я спрашиваю, а что же он будет кушать, Кирилл отвечает: ничего. Мол, надо ехать за продуктами в магазин, ведь кроме него этого никто не делает.
Окей, а что насчет готовки?
И вновь: ничего. Суп никто не варит, яичницу не жарит. На работу он готовит сам, с работы – сам. В выходные тоже сам. И у меня возникает вполне логичный вопрос: а Катя вообще когда-нибудь и что-нибудь готовит?
«Опять удивляешься?»
«Наверное, всегда буду» – улыбаюсь я.
«Я бы хотел, чтобы ты мне что-нибудь приготовила».
«Можно спросить?»
«Конечно! Мы же давно договорились, что можем спрашивать и говорить о чем угодно!»
«Вы ужинаете вместе? Завтракаете, обедаете… Ну, так, чтобы вместе за одним столом, с разговорами обо всём и ни о чем?»
«Нет».
Ну, собственно, я так и думала.
«А как вы вообще кушаете? По отдельности?»
«Типа того».
«Понятно».
Кажется, об этом Кирилл не очень хочет говорить.
«Как ты себя чувствуешь?»
«Почему ты постоянно задаешь мне этот вопрос?»
«Просто хочу знать, что тебе хорошо. Разве я так часто интересуюсь этим?»
«Вообще-то да».
«Тебе это не нравится? Раздражает?»
«Нет. Со мной всё в порядке, не переживай!»
«Не знаю, как сказать тебе… Знаешь, у меня последнее время такое чувство, как будто тебя что-то тревожит».
Я часто моргаю и прочищаю горло.
«И почему ты так думаешь?»
«Сам не знаю. Просто так кажется. Вот вчера мы говорили по телефону и ты так тяжело вздохнула… Милая, всё ведь хорошо у тебя?»
Хорошо, конечно. Я беременна, ты скоро станешь папой во второй раз. Я сообщила эту новость маме и Ване и они обрадовались. Осталось только самое сложное: сказать об этом тебе и моему папе. И как это сделать – я совершенно не знаю.
«Ага. Просто нужно много читать и писать рецензии. А делать это совсем не хочется».
«Ты волшебная».
Сообщение появляется сразу же после того, как всплывает в чате мое. Я несколько раз прохожусь глазами по этим буквам и вновь невольно кладу ладонь на плоский живот. Пока ещё плоский живот.
