Второй раз мне угрожают неделю спустя после возвращения из Кента.
По средам после школы мальчишки играют в футбол. После тренировки детей выводят на автобусную остановку на краю поля. Оттуда всех разбирают, и обязательно присутствует учитель, ответственный за «выдачу», особенно младших.
Я дома, как раз собираюсь за ребятами, и тут звонят из школы.
– Бет, вы сейчас передавали сообщение?
– Нет, а что?
– Значит, за мальчиками приедете вы – как обычно?
– Разумеется! А почему вы спрашиваете?
Секретарша долго напряженно молчит. Я настаиваю, чтобы мне объяснили, в чем дело. Говорят – случилось недоразумение, им позвонили и передали якобы от меня, что я не могу забрать мальчишек и вместо меня приедет подруга.
– Подруга? Какая еще подруга?
Сразу думаю о Салли, однако я ни о чем ее не просила, и она никогда не стала бы сама звонить в школу.
Секретарша просит подождать, спрашивает у коллеги, принявшей странный звонок. У той помечено – «Кэрол».
– Нам сказали, что мальчиков заберет ваша подруга Кэрол. Это не так?
– Нет! Ничего подобного!
Сердце буквально выпрыгивает из груди, голова кружится – я сажусь, чтобы не упасть.
– Где… где мои дети? Вы их никому не отдали?
Меня сковывает страх.
– Разумеется, нет! Я поэтому и звоню. Не беспокойтесь, миссис Картер! Мы всегда проверяем информацию подобного рода.
– Кто вам звонил? Ее звали Кэрол? – Я стараюсь успокоиться, но мне все время представляется, как мои сыновья садятся в чужую машину.
Секретарша закрывает трубку рукой, я слышу приглушенные голоса – они что-то обсуждают с коллегой.
– К сожалению, мы не знаем, кто звонил. Женщина. Она не представилась. Просто сказала, что вместо вас мальчиков заберет Кэрол. Не волнуйтесь, пожалуйста! В таких случаях мы перепроверяем! Всегда! Звонок показался странным, и мы сразу же связались с вами. Правда, боюсь, мы допустили ошибку… Надо было сразу зарегистрировать номер по определителю. К тому же коллега говорит, что могла перепутать имя в спешке. Вышла путаница…
– Да, бывает. Но я очень волнуюсь. Мальчики точно в порядке? Что еще известно о звонившей?
На другом конце долгая пауза. Шепот.
– Знаете, иногда бывают сложные случаи. – Секретарша откашливается и заговорщицки понижает голос. – Разные семейные ситуации – тяжелые разводы, постановления суда и так далее. Однако, как я уже говорила, вам совершенно не о чем волноваться. Мы неукоснительно соблюдаем правила. Сейчас посмотрим историю звонков и свяжемся с вами для дальнейших действий.
– Дальнейших действий? Вы имеете в виду полицию?
– Что вы! Зачем полиция?.. Или на это есть причины? – Тон резко становится официальным. – Если вы считаете нужным обратиться в полицию, я, разумеется…
– Нет-нет, не надо! Наверное, обычное недоразумение, как вы и говорили. Я сначала прощупаю почву со своей стороны, попытаюсь разобраться, – выкручиваюсь я.
Разговоров с полицией мне совсем не хочется.
Еще раз требую подтверждения, что моих сыновей отпустят только с мужем и со мной. Кладу трубку, хватаю ключи от машины и мчусь в школу.
По дороге судорожно перебираю варианты. Начинается дождь. Ветер гнет деревья.
Вспоминаю Дебору. Как она под конец рассердилась и выгнала нас. Жаль, что мы ее зря потревожили. Нет, на подобное злодейство Дебора точно не способна! А как она возилась с нами, когда мы гостили у Кэрол в детстве! Она не поступила бы так низко!
Неужели Кэрол?..
Руки невольно впиваются в руль. Вспоминаю наш последний телефонный разговор. Холод. Вранье. Отговорки.
Вспоминаю ее двойную игру в Париже.
Колокольчик на фото профиля.
Надо срочно рассказать Салли. Как же не хочется, представляю ее реакцию… Вспоминаю, какой колючей Салли была в машине по дороге из Кента. Опять скажет, что не надо было все это затевать.
А потом… мысли невольно возвращаются к событию, которое мы всю жизнь безуспешно пытаемся забыть. Тот страшный день. Кровь. Отчаяние. Невероятность происходящего.
Я превышаю скорость, по щекам текут слезы. Сворачиваю к футбольному полю.
