В зале жарко, я жалею, что надела блузку с длинным рукавом. Больше всего поражает, как прекрасно выглядит Нед. Элегантный и невероятно расслабленный, в дорогом костюме. Я с тревогой оглядываю присяжных, особенно молодых женщин. Очень волнуюсь, что ему удастся перетянуть их на свою сторону красотой и обаянием. Мы ведь тоже верили, что он уговаривает Кэрол видеться с нами и с матерью, а она отказывается. На самом деле все было наоборот.
Меня провожают на свидетельскую трибуну, а я вспоминаю слова Мэтью. С данными судебной экспертизы не поспоришь. На дневниках Кэрол обнаружены отпечатки пальцев Неда. Он тайно читал записи, чтобы быть в курсе всех ее мыслей и планов. Справки из различных больниц доказывают, что Кэрол долгие годы подвергалась побоям. И еще есть мотоцикл Неда.
Хоть меня и готовили, давать показания оказывается труднее, чем я думала. Я произношу свою речь. Поднимается адвокат Неда.
– Правда ли, что вы напали на моего подзащитного? Вы ведь на многое были готовы, чтобы помочь подруге, верно? Собирались скрыть преступление. Похитить ребенка.
– Неправда! Он душил мою подругу. Я узнала про похищение только из новостей. Мы думали, ребенок усыновлен.
– Вы поверили, что Кэрол усыновила ребенка?
– Да.
– А вам не пришло в голову, что недавно усыновленный ребенок будет находиться под постоянным наблюдением? Ваша подруга не смогла бы сбежать с ним за границу. История с усыновлением не показалась вам… невероятной?
– Нет! Нет. Мне не пришло в голову. Я не в курсе правил усыновления. Кэрол выглядела счастливой. И ребенок был доволен. Я не сомневалась, что это ее ребенок, пока не посмотрела новости.
Сердце колотится. Я говорю чистую правду. Звучит наивно, ну и пусть. Нахожу глазами Кэрол. На ней темно-зеленое платье, она выглядит совсем маленькой и хрупкой, невыносимо думать, как ей сейчас тяжело.
Мы чуть не потеряли ее. В больнице у Кэрол дважды останавливалось сердце, ее реанимировали. Я много раз видела подобные сцены по телевизору, но в реальной жизни это гораздо страшнее. Когда врач кричит: «Все вон! Освободите палату!»
– Кэрол многое перенесла, – продолжаю я. – Она была не в себе, когда взяла ребенка.
– Что ж… Мы не будем сейчас выяснять ее мотивы, это другое дело. Речь о моем подзащитном, который пытался спасти ребенка, забрать его из номера Кэрол. В это время вы на него напали.
– Неправда! Он засунул подушку в детскую колыбель!
– Вы видели, как он засовывает в колыбель подушку?
– Нет, но там точно была подушка!
– У вас ведь недавно было нервное расстройство?
– Протестую! – вскакивает прокурор.
Вопросы сыпались один за другим. Одно и то же по кругу. В конце концов я уже не понимала – навредят мои показания или помогут. Изначально версия Неда казалась смехотворной, однако преступление Кэрол – похищение ребенка – сильно усложнило дело. Был долгий спор – какое дело рассматривать первым. Нед твердо вознамерился строить свою защиту на преступлении, совершенном Кэрол. В результате на предыдущем заседании Кэрол признала вину. Защитники Неда получили преимущество. И воспользовались им по полной.
Процесс был мучительным.
Только под конец, когда обвинение предоставило все собранные доказательства, я слегка успокоилась. Мэтью был прав. Ребята постарались. Невероятно, как у Неда хватает наглости не признать вину.
Из обращений Кэрол в больницы за годы брака сложилась ясная картина. Она побывала у разных специалистов под разными вымышленными именами, что подтверждается записями в дневнике. Сломанные ребра. Таинственные «падения».
– «Любовь» Неда выражалась в желании контролировать, – говорил прокурор, прохаживаясь вдоль скамейки присяжных.
Да, Нед больше всего на свете боялся, что Кэрол уйдет. Что мама и мы (старинные верные подруги) узнаем правду о побоях и настроим Кэрол против него. И тогда он нашел ее слабое место и воспользовался им. Уговаривал выйти с нами на связь, потом наказывал за это. Контролировал каждый шаг с помощью побоев и шантажа. Нас он тоже обманывал – разыгрывал заботливого мужа, беспокоился, достаточно ли Кэрол ест, и так далее.
А сам тайком читал дневник и поставил программу слежки на телефон Кэрол, чтобы всегда знать, где она. Он читал все новости в соцсетях, касающиеся прощального праздника в честь закрытия школы, и страшно боялся, что Кэрол увидится с нами. Кэрол давно рассказала ему об умершем младенце и колокольчиках. Он создал аккаунт, чтобы запугать нас. Чтобы мы ничего не предпринимали.
Когда попытка не удалась, он попросил свою секретаршу позвонить в школу моим мальчикам. Бедная женщина понятия не имела, в чем замешана.
И наконец… немыслимое… Нед, вероятно, совсем отчаялся… Нападение на моего любимого Адама. Я до сих пор не понимаю. «Почему?» – кричит мой внутренний голос, когда я смотрю на хромающего Адама. На его поврежденную ногу.
