Припарковавшись у особняка, минуя лужайку, взбираюсь галопом по лестнице и, почти не соображая, открываю дверь. Дрожа от зашкаливающего пульса и страха, захожу внутрь и, распахнув пальто из овчины, облокачиваюсь о косяк, чтобы не упасть от измождения. Молча стоя в полумраке, не смея ринуться наверх, сгораю от нетерпения.
Нил, отреагировав на шум, разговаривая по телефону, спускается и, опершись о кухонную столешницу, довольно улыбается, потирая нижнюю губу. На нём черные джинсы в цвет рубашки, тёмно-синий кардиган и серые оксфорды.
– Ты ведь знал, что я вернусь, правда?
– Да, – отключив мобильный, тепло произносит он. – Но тебе всё равно удалось заставить меня здорово поволноваться, Эмма.
– Прости, – лепечу, покрываясь гусиной кожей от сексуального тембра и ещё одного откровения.
– Раз вы передумали, мисс Янг, значит, будете вынуждены согласиться на ряд обязательных правил, – предупреждает, не оставляя выбора.
– Возражать чему-либо нельзя?
– Нет, – сверкнув исподлобья изумительными синими глазами, отрезает Нил.
Адреналин бушует во мне, круша обломки когда-то возведённых стен.
– Слушаю.
– Первое. Моя финансовая помощь тобой всегда и охотно принимается.
– Хорошо.
– Второе, для закрепления. Кроме того, что упоминание о бывших мужчинах неприемлемо, отныне в твоей интимной жизни существую только я.
– Это, позвольте поинтересоваться, распространяется и на вас, мистер Уэйн?
– Конечно, – подтверждает кивком. – Третье, и самое важное. Больше никаких лимитированных свиданий, – чеканит британец, снимает кардиган с оправой и спешно равняется со мной. – Сегодня ты останешься здесь до утра. И завтра тоже.
– Согласна.
– И впредь без тайн, Эмма.
– Обещаю.
Я, давно непристойно влажная между ног и, искусав до кровоподтёков губы, едва сдерживаюсь, чтобы не накинуться на Нила. Но он, опередив, наклоняется и, взяв за подбородок, одержимо впивается в мой томящийся предвкушением рот. Словно в агонии, роняя мебель, мы перемещаемся по гостиной, с дикой страстью лаская друг друга через одежду. Неистовое вожделение, лишившее сознания, управляет нами, стремясь утолить свой зверский голод.
Пальто падает на пол, и наш путь в спальню продолжается. Громкий, разнузданный, с борьбой за тотальную власть. Но, не добравшись до кровати, развернув к себе спиной, мужчина привычно грубо стягивает до колен брюки с трусиками и, расстегнув ширинку, через секунду оказывается во мне. Заполняя целиком, выбивая весь кислород из груди. Упираясь ладонями в стену, я, снова отдав статус доминирования, послушно выгибаюсь и, стону во все горло, наслаждаясь его идеальным членом. Мистер Уэйн, задыхаясь вместе со мной, наращивает темп и, вцепившись в бёдра, долбит с невероятной скоростью. Сотрясаясь в судороге восторга при каждом мощном и жёстком толчке мускулистого торса, тону в ощущениях, пребывая в какой-то неземной прострации. Там, где нет ни пределов, ни запретов. Чувствуя приближение атомной силы оргазма, напрягаюсь всем телом, чтобы не сдаться так рано. Британец, будто читая мысли, внезапно прерывается, выскальзывает и поворачивает меня.
– Раздевайся, – строго велит Нил. – Полностью.
С трудом преодолев идиотскую стеснительность, медленно освобождаюсь от вещей и, представ нагая перед ним, предательски краснею. Его зрачки расширяются, съедая радужку и, не скрывая восхищения, он нежно ласкает мою плоть, изучая по сантиметру. Потом подхватывает и, перекинув через плечо, как тогда на Барбадосе, тащит в постель. И пока, лежащая на кровати, я оцениваю изысканное белье с жаккардовым плетением, избавляется от обуви, рубашки и джинсов с боксерами.
Пожирая мужчину взглядом, напрочь позабыв о смущении, раздвигаю ноги.
– Вместо ваших слайдов с чертежами, мне мерещилось совсем иное в тот день, мисс Янг, – нависая, признается Нил. – И далеко не в рамках приличия, – похотливо ухмыляясь, добавляет британец и, умело надавливая пальцем на клитор, осторожно проникает в анал.
Хриплый возглас двойного блаженства разносится по комнате, и ритм мистера Уэйна сразу меняется. Он снова двигается яростно и быстро, не церемонясь со мной. Сжимая в кулаках простынь, я запрокидываю голову и остервенело скольжу попой ему на встречу. Ещё пара резких рывков и божественный экстаз топит меня, размывая пространство.
– Ты украла моё сердце, Эммануэль, – сипло шепчет Нил и, терпко целуя, кончает, не выходя.
Лучи солнца, потихоньку пробираясь в спальню, озаряют её ярким светом. Проснувшись впервые не по будильнику и в объятьях мужчины, нахожу данный факт удивительно приятным. С обожанием рассматривая красивое лицо британца рядом на подушке, размышляю о словах мамы. Ошибается она или права покажет время, но то, что нас с Нилом ждут особенные отношения – это точно. Я хочу быть с ним и, несмотря на имеющиеся комплексы вперемешку с фобиями, готова выползти из своей раковины.