Джо ответил не сразу. Стоял, будто загипнотизированный, и не мог отвести от огня взгляд. Потом словно очнулся и посмотрел на меня без всякого выражения. Молча достал из кармана мой револьвер вместе с гильзой и протянул мне. Я бросил гильзу в огонь.
– Беру свою долю. – Я отсчитал пять пачек и засунул их под куртку.
За все это время Джо не сказал ни слова, но я знал, что он наблюдает за мной.
В ту ночь я плохо спал. По правде говоря, я уже давненько по-настоящему не высыпался.
Вернулся я еще рано. Последние дни дались мне тяжело, и теперь все тело ломило от усталости. Я наполнил ванну почти до краев, забрался в нее, кряхтя, и вытянулся. Мышцы заныли, расслабляясь. Вода была теплая и, когда я погрузился в нее с головой, перелилась через край. Я закрыл глаза и лежал под водой сколько мог, пока не почувствовал на ноге ее руку. Тонкую и легкую, как у ребенка. Рейчел не нравились собственные руки. Слишком короткие и слабые; камера всегда дрожала, если она пыталась сделать селфи. Мы часто над этим смеялись.
Вот думаю обо всей этой истории с Рейчел и не знаю, как быть. Что рассказать. О чем умолчать. Важна ли она для всей картины? Конечно. Нужно ли вам знать о ней все? Все до мелочей? Да кто ж, черт возьми, знает.
Я вроде бы уже рассказывал вам, как она умерла. Раз так, то можно рассказать, как она жила.
Рейчел была брюнетка, с короткими волнистыми волосами. Носила колечко в носу. Мне это не понравилось. Мы познакомились на какой-то вечеринке то ли у моего друга, то ли у ее подруги. Был конец июля, и она пришла в летнем платье.
Я не любитель вечеринок. Не то что бы я стесняюсь и стою весь вечер в углу с кружкой пива. Просто меня это не прельщает. Другое дело посидеть в баре за отдельным столиком. Оказываясь в крохотной квартирке с кучей незнакомых людей, я стараюсь поскорее оттуда свалить и вернуться домой.
В общем, в какой-то момент я решил, что с меня хватит. Уходить было еще рано, так что я пробрался сквозь толпу и вышел в пустынный задний дворик. Было тепло и душно. Я стоял там, прислушиваясь к звукам за дверью, потом пошарил в кармане пиджака, достал косячок и закурил.
За спиной у меня вдруг что-то зашуршало. Я обернулся – а она выбирается из-за куста и так неловко разглаживает платье. Увидела меня, остановилась.
– Привет. Извини, мне просто надо было пописать.
Я ткнул пальцем в сторону дома.
– А с туалетом в доме что-то не так?
– Да, там очередь. Кроме шуток. Так что вариантов было два: либо в раковину на кухне, либо сюда.
Я пожал плечами, повернулся к дому. Она неторопливо подошла ко мне сзади.
– Знаешь, он ведь все равно уже практически умер.
Я оглянулся – невысокая, и даже на каблуках едва достает мне до подбородка.
– Куст. Лавровишня. Видишь? Пусть твой друг поливает свои деревца почаще. Я, может быть, даже спасла его от жажды.
– Он мне не друг.
– Интересно, что в моих словах тебя зацепило именно это.
– Я просто говорю. Я этого парня едва знаю.
Она фыркнула и посмотрела на мой косячок.
– Можно мне тоже?
– Конечно. Только сначала вымой руки.
– Думаешь, я помочилась себе на руки?
– Не знаю. Может быть. Просто не хочу потом брать в рот, если на нем останется твоя… ну, ты понимаешь.
– Моя моча?
– Моча или что там еще. Иди, вымой руки и возвращайся – поделюсь.
Она сердито посмотрела на меня.
– Я пойду, но только потому, что мне нужно взять себе еще пива, ясно?
Она ушла. Я улыбнулся и покачал головой. Вернувшись, она вскинула брови и протянула мне руки – вот, мол, смотри.
Я осмотрел их и одобрительно кивнул. По крайней мере руки были еще влажными.
– Вот, держи. – Я протянул ей косяк.
– Спасибо. Кстати, меня зовут Рейчел.
– Томас.
– Так в чем дело?
– А?
Рейчел медленно выпустила дым и вернула мне косяк.
– Почему ты здесь один? – Она прищурилась. – Нравится подглядывать за девушками, когда они писают?
Я рассмеялся.
– Поверь, я не знал, что ты здесь.
– Ага.
– Просто захотелось подышать свежим воздухом.
– Не любишь вечеринки?
Я покачал головой.
– Не очень. Музыка слишком громкая.
– Не хватает Синатры?
– Да-да. А что насчет тебя?
– А что насчет меня?
– Ты тусовщица?
Я вернул ей косяк, и она взяла его с ухмылкой.
– Конечно. Я тусовщица.
Мы побыли там еще немного, повалялись на траве. Трепались, несли всякую чушь, которую даже вспомнить неловко. Ленивые улыбки, переходящий из руки в руки косяк, нечаянные прикосновения. К тому времени, как мы закончили, ржавое небо уже потемнело. Я не помнил случая, когда мне бы так хотелось растянуть косячок подольше.
В какой-то момент Рейчел подняла одной рукой волосы и приложила к затылку бутылку холодного пива. Клянусь, это было самое сексуальное, что мне когда-либо приходилось видеть.
В конце вечера мы расстались. Она оставила мне номер, но по какой-то причине я ей так и не позвонил. Может быть, потерял листок. Не помню точно. Так или иначе, прошел месяц, и наши пути снова пересеклись, на этот раз в ночном клубе. Я был в несколько лучшей форме – помогла пара таблеток.
