— Вам не плевать на деньги, что он вам приносит. Предположим, что вы разорвёте контракт, но что дальше, Мирон? Искать новые связи, тратить вновь на них самый важный наш ресурс — время? Его то вы не купите, а учитывая, что вы разделяете тело с еще несколькими личностями, у вас его намного меньше, чем у нас всех. Вы и сами понимаете, что Гронский и Филимонов лучшее, что вы могли найти. Гений не по годам и человек с бесчисленным количеством связей, разве не лучшее, что вам подворачивалось за всё время?
Даже на лестничный пролёт стали доноситься крики из ресторана и громкие биты, от которых стало будоражить грудь. И вместо того, что бы стоять там и наслаждаться шоу, я стояла под гнётом тёмных глаз и мысленно молилась, что бы всё получилось. Я удостоилась короткой улыбки, что появилась на лице мужчины лишь временно.
Я смотрела на Мирона и не знала чего ждать. А что, если пробудилась его новая личность? От этой мысли стало покалывать пальцы из-за страха.
Но мужчина достал телефон и что-то в нём напечатал, прежде чем вновь посмотреть в мою сторону.
— Ты даже не его ровесница, а не побоялась ко мне подойти, ты переплюнула уже половину моих подчинённых.
— На самом деле вы просто не видите, как во мне всё трясётся, — зачем-то ляпнула я, из-за чего Мирон рассмеялся и подошёл ее ближе ко мне, заставив забыть от волнения про дыхание.
— Хорошо, я оставлю им этот бизнес, но только потому, что ты тоже помогла дорогому мне человеку. Я завидую Люку, он отхватил себе отличную девушку, жаль, что он не видел сейчас твоего геройского поступка.
— Мне хватит и того, что вы скажите ему то же, что и мне в самом начале. Люк многое делал для меня, и это малая часть, чем я могла ему отплатить.
— Ты удивительная, — вдруг тихо прошептал Мирон, и взял в руку мою выбившуюся из причёски прядь платиновых волос. — Хоть и маленькая, но такая смышлёная.
Я отстранилась от мужчины, что поднёс к носу мою прядь, стараясь ровно дышать и не потерять от волнения сознание, хотя в глазах уже начало темнеть.
— Мирон, найдите себе свою девушку, не лезьте к чужим, — пристыдила его я прежде, чем уйти.
— Думаешь, я найду ту, которая угодит сразу троим? — усмехнулся он.
И что-то мне подсказало, что да, найдёт, и наконец-то перестанет быть таким козлом, что вертит чужими жизнями на раз-два.
— Вы думаете не в том направлении, не вам должны угождать, а вы, Мирон. Вспомните это, когда встретите человека, который будет стоять за вас так же, как вы за свои принципы. Рано или поздно кто-то полюбит и наши недостатки, которые превратит в достоинства, заставит поверить в самого себя как никто другой. Все находят такого человека, но не все за него сражаются.
Кивнув Мирону, и получив такой же жест в ответ, я спустилась в ресторан, и сразу же попала в чью-то охапку сильных рук.
— Я переживал за тебя, — прошептал мне на ухо Люк. — Где ты была?
Прижавшись к его груди, я тоже обняла парня, почувствовав себя наконец-то в безопасности.
— Да как обычно, влипала в неприятности, пока тебя не было.
Люк поднял моё лицо за подбородок и поцеловал. И как только я вновь почувствовала кожей лица его горячее дыхание с нотками виски, поняла, что счастлива.
— Люк, что же обеднило нас? Между нами такая пропасть…
— Между нами чувства, Ню, а остальное не важно.
Взяв меня за руку, мы покинули ресторан, что бы приехать домой и провести ещё одну звёздную ночь вместе, наслаждаясь друг другом, вновь признаваясь в любви до хрипоты, чувствуя, как всё, что нас окружает, действительно не имеет значение. Только Люк и Нюша, только наша любовь, только наше дыхание и наша жизнь, которую мы однозначно проживём вместе долго и счастливо.
Тяжелее всего в нашей жизни даётся прощание, когда ты понимаешь, что вот вы стоите на перекрёстке, на распутье, и вам точно больше не по пути. Ты можешь кого-то потянуть за собой, но тогда кто-то из вас будет несчастлив. И самое трудное в этой части, это говорит «прощай», знать, что вы ещё встретитесь, но не знать когда именно…
Глядя на Лизу, Яну, Сашу и Вику в аэропорту, я ели сдерживала слёзы. Яна давно нет, она ревела в медведя, которого я ей подарила на прощанье. На всех ждал новый путь, который теперь предстояло пройти самостоятельно и в одиночку.
— Я должна тебе кое в чём признаться, — прошептала мне Яна, когда мы обнялись. — Моя мама и есть тот писатель, которого ты любишь больше всего.
Я уже устала удивляться от того, что происходило в последнее время рядом со мной. Поэтому только сильнее прижала к себе подругу. Какая разница, кто там была её мама, главное, что подруга была у меня. И я даже как-то пообщалась благодаря ней вживую со своим кумиром и проучилась два года с её дочкой, обретя общие и счастливые воспоминания.
— Вы были лучшее, что случилось со мной в этой жизни, — прошептала Вика, когда мы обнимались уже втроём.
— Не ври, — сказали мы в один голос с Яной и рассмеялись сквозь слёзы, которые текли уже у нас всех.
— Обещайте звонить и писать, — предупредила я девочек.
— Конечно, каждые выходные.
До самой посадки на самолёт мы давали друг другу глупые обещания.
