Голос, прозвучавший то ли в моей голове, то ли и впрямь наяву, подпрыгнуть от неожиданности меня не заставил. Но вздрогнул я прилично. Сказывалась практика. Буду я ещё на всякие голоса подпрыгивать.
— Зря, — констатировал всё тот же голос. — На твоём месте не подпрыгивать нужно, а бежать со всех ног.
И эта в моей голове роется как у себя в чулане. А без проходного двора было как-то поуютнее.
— Ну и что нам с тобой делать?
«Нам». Значит, она здесь не одна.
— А мы же для тебя всё сделали. Не мир — курорт. Еда. Выпивка. Собутыльник. Полный all inclusive.
— Лоя?
— Лоя, Лоя. Вот скажи, чего тебе там не сиделось?
— А ты бы сидела в тюрьме?
— А ты брось на чашу весов сравнения свою прежнюю жизнь и ту, что мы тебе предоставили. Какая больше тянет на тюрьму?
— Там я был свободен.
— Сам-то веришь в то, что говоришь? Вот то-то. И это хорошо, что пока только я узнала о твоём побеге. Если бы эта была Зара, то ты бы уже не разговаривал. Она у нас женщина на расправу скорая. Иногда сначала делает, а потом думает. Хотя нет. Она всегда сначала делает, а думать — это удел слабаков. И как ты только умудрился сбежать? Мы же все дорожки оттуда заблокировали.
Значит, про Ариэль она не в курсе. Это радует.
— А-а-а, значит, водный дух. Зара говорила, что ты с ней знаком. Хотя странно, духи по собственной воле ни с кем не сближаются.
— Откуда? Блин, мысли.
— А ещё и тормоз. Вот угораздило мою дочь выбрать именно тебя. И я так понимаю, отправлять тебя обратно бесполезно. Эта твоя Ариэль тебя снова вытащит.
— Она сказала, что в последний раз, — честно признался я.
— А был ещё и предпоследний? — удивилась Лоя. — И сколько предпоследних разов было? И зачем тогда обратно возвращался? Или ты мне сейчас заливаешь?
— Стой, не слишком ли много вопросов?
— Зато ни одного ответа. А самого главного не знаю даже я. Что теперь с тобой делать? Отнять у тебя способ хождения по мирам мы не можем. Да даже если и смогли бы, то твоя водная тебя протащит.
— А вы перекройте, — посоветовал я.
— Всё-таки туповатый местами. Вода — её стихия, она там барьеры на раз взломает. И, скорее всего, даже не заметит этого.
— Слушай, а зачем меня вообще куда-то изолировать? Что вы лезете в чужую жизнь? Кто вам дал право?
— Не хами, а то я в Зару превращусь. А ты, соответственно…
— Да хватит меня уже пугать, мама. Твоя дочь, между прочим, меня мужем назвала и свою жизнь с моей связала. Сплела в единый тугой жгут. Рассоединить невозможно, только если разрубить. Не боишься потерять дочь по собственному самодурству?
— Было такое, — ответила Лоя. — Только это всё в прошлом. Теперь моя дочь свободна. И ты не нужен, зятёк. И ещё раз повторяю, если бы на моём месте была Зара…
— Да, да, — перебил я Лою. — Я бы был уже труп.
— Цени.
— Оценю при случае. Но почему вы всё-таки решили, что мы сами — я, Хлоя, Мара и Болотная-младшая, не сможем разобраться между собой? Сами, без постороннего, даже пускай и близкого, участия. Точнее, участия близких.
— Об этом не может быть и речи, — отрезала Лоя. — И вообще, зачем тебе знать причины. Мёртвым они не нужны. А другого выхода я не вижу.
— Как быстро Лоя превратилась в Зару. Хорошо. А если я дам слово, не возвращаться в ваш мир? Дать слово позабыть всё не могу, не выполню. А вот не возвращаться — это в моих силах.
— Да кто же поверит слову алкоголика? Лишний стакан, и двадцать шагов с открытыми глазами…
— Как хорошо ты знаешь алкоголиков, — невесело усмехнулся я.
— Не забывай, я тоже жила в твоём мире.
— Интересно, в каком образе?
— Мозг совсем разложился от пьянки? Ты же видел.
— Точно, — шлёпнул я себе по лбу. — Писец. Прикинь, забыл. Ладно, — через продолжительную паузу продолжил я, — если другого выхода нет, можно хоть перед смертью удовлетворить моё любопытство?
— Смотря что, — уклончиво ответила Лоя.
— Вы правда хотели убить своих детей?
— Бред! — фыркнула Лоя.
— Об этом проговорилась Зара, — настаивал я.
— Тебе проговорилась? — прищурилась Лоя.
— Нет, но это неважно.
— Вот и не верь всему, что происходило не с тобой. Да даже тому, что происходило с тобой, тоже не верь.
— Последнюю просьбу можно?
— Говори.
— Только выполнить просьбу приговорённого — это святое.
— В твоём мире, — уточнила Лоя. — А здесь тебе не там. Говори, а я подумаю.
— Вытащи Мару и Великого из заточения.
— Мару?!
— Значит, не такие вы и всесильные. Да, я перенёс Мару туда, где вы заточили нас с вождём.
— Хорошо, Мару я вытащу, — согласилась Лоя.
— И вождя.
— Хорошо, и вождя. Только не сейчас.
— А когда?
— Скоро. Совсем скоро. А пока немного поскучает. О вечном подумает. О том, как вторгаться в устои. Но тебе это уже не интересно. Давай своё слово.
— Что? — не понял я.
— Но запомни, если ты его нарушишь…
— Ты серьёзно?
— Если ты его нарушишь, — повторила Лоя.
— Не шутишь?
— Да не перебивай ты. Вот действительно проще тебя убить.