Помявшись в нерешительности, Обито дождался, когда Мито уйдет в другой конец дома, и незаметной тенью прошмыгнул на кухню. Пальцы трясло от необъяснимого волнения, а в голове творилась настоящая чехарда из мыслей и сомнений. Он не знал, стоит ли рассказывать подруге о том, что ему удалось узнать в больнице. Но и молчать Обито уже не мог. Не пойдет же он с такой информацией к отцу. Да тот сразу уничтожит Минато и весь пласт ученых в Конохе — включая Тобираму. Ведь если над представителями Учиха проводят какие-то опыты, брат Хокаге не может об этом не знать. И отсюда вырисовывается очень серьезный вопрос: кому сейчас можно доверять?
Цунаде развернула очередную конфету и уже хотела забросить леденец к себе в рот, как вдруг на плечо легла чья-то рука. Глаза расширились от страха, и девочка медленно повернула голову назад — боясь увидеть там ужас всех детей. Однако там стоял лишь Обито — а не Мито, которая ей вскоре руки оторвет за жуткое пристрастие к сладкому.
— Фух… — смахнула со лба несуществующий пот и со спокойной душой съела уже черт знает какую конфету. Хотя, видимо, лишнюю — ибо живот начал болеть. — Я думала, что это тетя. Ты чего подкрадываешься? — и треснула друга по макушке, отчего тот на секунду выпал из реальности. Ведь бьет она ого-го-го.
— Поговорить хотел, — обиженно буркнул, потирая ушибленную головушку. — Но уже…
Внезапно Сенджу хрустнула кулаками, намекая на очень болезненные обстоятельства его молчания.
— Раз напугал, давай уже говори.
Еще раз осмотревшись по сторонам, при этом выглянув в коридор, Учиха приблизился к подруге вплотную и заговорщическим шепотом начал:
— Сегодня я кое-что узнал, — и тут же замолчал, когда на бледных щечках проступил алый румянец. И чего это она? Жарко, что ли? — озадаченно подумал и, решив, что это всё из-за конфет, наклонился к ее уху. Цунаде тотчас замерла, ощутив, как его волосы защекотали ее лицо.
Градус смущения мгновенно подскочил к критической отметке.
-…Минато замешан в чем-то нехорошем.
Девочка быстро проморгалась, отодвинувшись от друга.
— Что ты имеешь под нехорошим? — и выгнула светлую бровь, когда не смогла уловить связи между верным шиноби Конохи и чем-то незаконным. Хотя она и половины не услышала, ибо пыталась справиться с внезапным волнением.
— Как ты знаешь, мой сенсей помогает научному отделу. И тот разговор натолкнул меня на не очень хорошие подозрения.
Осознав, что этот оболтус опять накрутил себя по полной программе, Цунаде скрестила руки на груди.
— И какие же? — со вздохом спросила, отчего глаза Обито загорелись еще сильнее.
— А если научный отдел проводит опыты над Учиха, чтобы найти способ сдерживать нас?
— Бред, — монотонно парировала, чего Обито даже не заметил. Ибо продолжил вываливать на нее всё то, что скопилось в нем за этот день.
— Особенно после инцидента с Нока. Ты только представь, что будет, если клан с мощным доудзюцу восстанет против руководства Конохи. — На лице Сенджу на секунду промелькнуло понимание; в этих словах есть доля правды. — А с таким авторитетным лидером, как Мадара, клан вообще практически непобедим. И теперь давай представим, что кто-то в верхушке разделяет подобные мысли…
— Обвиняешь моего дядю? — и угрожающе прищурила глаза, заставив мальчика резко выставить ладони вперед.
— Нет-нет, это может быть другой. Хаширама ведь тоже не за всем способен уследить. Есть же еще и старейшины, и другие кланы, которые по-прежнему имеют претензии к Учиха. Поэтому и пытается отыскать способ ослабить нас. А может даже подчинить…
На выдохе выпалил и замолчал, давая подруге возможность хоть чуточку уложить эти слова. Да, он сам не хочет верить, что такое возможно. Но если учесть прошлое и случившееся с Нокой, то эта теория не лишена смысла. Ведь проблем сразу станет меньше, если один из великих кланов станет марионеткой в чьих-то руках. Или его и вовсе уничтожат ради всеобщего спокойствия и процветания.
— Не знаю, Обито, — Цунаде помотала головой, отводя напряженный взгляд к столу. — Это очень серьезное обвинение, не подкрепленное никакими доказательствами. Но мы можем попытаться развеять все твои сомнения.
— Как?
Ничего не говоря, девочка схватила Учиха за руку и насильно потащила его за собой, по дороге скрывая свою чакру. Со стороны гостиной доносились приглушенные голоса Изуны и Тобирамы, что сразу заставило её выдохнуть. Ибо разговор явно был о чем-то важном. И что-то ей подсказывает, что он как-то связан с метаниями Обито…
***
Он ликовал. В душе, конечно, и в чёрном сердце, в наличии коего многие сомневались. Ведь он нагонял ужас лишь своим видом перебинтованной головы и глаза. Никто не знал, почему и как это случилось. Всё осталось в строжайшей тайне, ведь узнай об этом общество, сразу пойдут шепотки, слухи, гонения. Оно надо? Лицо не выражало эмоций, и лишь уголки губ подрагивали в предвкушении улыбки, когда он, наконец, получит своё. В хорошем же смысле.
— Хватит уже мельтешить перед глазами, ты весь обзор загораживаешь.
Данзо скривил губы и отошёл к окну, вслушиваясь в тихое бормотание телевизора на тумбочке.
