Верного помощника нет. Рюзаки был хорошим парнем, способным и верным. Он был готов выполнить любое поручение и отстаивать позицию Мадары до победного конца. Мог перегрызть глотку, только скажите. И отдать свою жизнь, зная, что не напрасно.
Любимой женщины уже давно нет, и если двенадцать лет Мадара жил в нормальном неведении, то сейчас судьба явно с садистским удовольствием полосовала ножом по затянутым ранам. Разрезая их до мяса и едва не костей, заставляя не то что кричать, — выть. И правда, зачем? Теперь Мадара, как никогда, понимал своего сына.
Верной подруги теперь нет. Словно хлёсткая пощёчина, новость привела в чувство. Ненадолго. После, упившись и высидев всю ночь у палаты измученного брата, не решаясь сомкнуть глаз, ибо за веками он сразу видел их, Мадара бесцельно бродил по Конохе. Образы дорогих людей то и дело всплывали, как и предательские слёзы, которые он не успевал сморгнуть. Ручейки струились по щекам, подбородку и опадали, образуя небольшое пятнышко на земле. Солнце ещё не взошло до конца, позволяя насладиться рассветным часом и свежим утренним воздухом.
Днём он снова станет прежним. Будет отдавать всем приказы, драить дом, гонять Обито до седьмого пота и… думать. Куда без этого? Ещё братец будет назойливой мухой мельтешить перед глазами, но Мадара не убьёт его. Не сможет. И так слишком много смертей на душе, пора бы уже прекращать. А Ноку пусть судят внешние силы, как и остальных Учих, держащихся под наблюдением.
Конечно, Мадара знал, что Гондовцы живы-здоровы и находятся за решёткой. Он лично каждого штрудировал на предмет опасности, а если показывались особо буйные — тут же сворачивал шею. Благо, их было немного. Остальные просто вжались в стенки и послушно замотали головами, мол, мы на всё согласны, пощадите.
Да, всё. Только умерших уже не вернуть. Как и утраченное доверие к некоторым.
— Ну, и какой твой первый шаг, о, хокаге? — голос выдернул из полудрёмы, и Мадара сморгнул наваждение. Всё-таки выпил полстакана алкоголя и поставил на стол, поджав губы. Всё тот же голос продолжал: — нет, так никуда не годится. Мы празднуем сегодня твоё назначение в хокаге, это же такой день! А представляешь, через недельку будет готов твой каменный лик на скале. С такой-то огромной шевелюрой. В общем, сейчас, пока можно, надо веселиться.
— Не могу, — буркнул Мадара, отодвигаясь от брата. — Слишком много плохого случилось, чтобы радоваться.
— Ну, это конечно верная мысль, но подход — нет. Мадара, слушай, в самом деле. Все мы Учихи главной ветви, так или иначе, по природе лидеры, и тебе было уготовано стать сильнейшим из нас. Ты умный и справедливый, а от шарма и вовсе все в восторге. У тебя всё получится.
Мадара недоверчиво посмотрел на братца, который положил руку ему на плечо.
— У нас, — поправил он и чуть улыбнулся. Впервые за несколько недель. — Я сверну шею любому, что что-то вякнет в твою сторону. Нас осталось слишком мало, и мы должны держаться друг за друга.
— И я искренне верю, что ты сдержишь обещание, — Нока закатил глаза, всем видом показывая, насколько эта тема скользкая. — Меня Гондовцы теперь ненавидят. Думают, что я полизываю спину тебе в надежде, что таким образом ты сохранишь мне жизнь. Но мы же знаем оба, что это не так. Я наоборот делаю всё, чтобы тебя растормошить, хотя нормальный человек этого не делал. Я бесстрашный, согласись?
— Соглашаюсь. Но это не умаляет той жести, что последует за назначением в зама хокаге. Это сплетни пойдут, недоверие, злость в сторону клана. А дилемма в том, что без тебя, как лидера, я не обойдусь. Мне нужен верный зам, на кого я мог бы оставить деревню в критической ситуации.
— Так, сделал бы Хашираму своим замом? — удивился Нока, подперев подбородок рукой и уставившись в чёрные глаза напротив. — У него как раз завались времени стало.
— Тобирама его отвадил, а так я бы с удовольствием, — Мадара выпил ещё и шумно выдохнул. — Есть, конечно, ещё один человек, которому я доверяю. Только, согласится ли.
— Это всяко лучше такого предателя, как я! Так что давай, завязываем пьянствовать здесь и идём к тому человеку «радовать».
***
Обито шёл в уверенных чувствах добраться до вершины айсберга. А именно, прижать того, кто отдаёт главные поручения. Ну, насчёт «прижать» это он явно погорячился. И насчёт хорошего мнения о Хашираме Сенджу — тоже.
Столько лет жили бок-о-бок, и тут такое. Никакого уважения к дружественному клану. И, что удивительно, мириться с этой вселенской несправедливостью категорически Обито не хотел. И поставил себе цель любыми способами докопаться до истины и спасти от истязаний свой народ. Он ведь обещал.
Проблема в том, что просто так на пару деньков в поход не выйдешь; для этого нужно специальное разрешение от хокаге. Если в последнее время команду «семь» не выпускали за пределы, то это не значило, что завтра их не вызвали бы на ковёр и не вручили миссию где-то у чёрта на куличиках.
А ещё более неприятная проблема заключалась в том, что он в одиночку всё равно не справится. Рассказы старика озадачили. И чтобы справиться, нужна была команда и… Минато.
