При появлении в хозяйском коридоре Родимцева Барбос насторожился. С одной стороны, бывший телохранитель Ольховой, с другой - парень переселился в другое крыло особняка, следовательно, делать ему здесь, в господском, нечего. Беззаботно висящий на плече автомат, напоминающий почему-то отвисший аксельбант, перестал покачиваться, его опущенный ствол как бы случайно переместился в сторону подходящего парня.
Родимцев с предельно деловым видом, не глядя на автоматчика, пошел к дверям Вавочки. Охранник поколебался, но все же загородил дорогу.
- Ты что не узнал меня? - удивленно остановился Николай. - Хозяйка вызвала.
- Телку сейчас пасет Болонка, - возразил бывший колхозный скотник. Хозяин велел никого не пускать. Приедет - спросишь дозволения.
Удивительно правильную кличку изобрел банкир для нового телохранителя "дочери". Именно - Болонка, подхалимистое и, одновременно, злобное существо.
- Ладно, будь по твоему. Тогда сам постучи - выйдет Вера Борисовна, скажет, как быть.
- Нету её - уехала куда-то с Болонкой.
- Когда вернется не сказала?
Охранник недоуменно пожал плечами. Я, дескать, человек маленький, передо мной не отчитываются. Автомат попрежнему многозначительно нацелен на живот незванного визитера. Отдав дань непреклонной решимости и впредь горой стоять на страже хозяйских интересов, скотник-охранник на всякий случай решил подстраховаться. Вернул автомат в прежнее положение болтающегося аксельбанта, миролюбиво забормотал.
- Знаешь, как трудно нам приходится - там угоди, там подлижи. Проштафишься - выпрут за ворота, а мне неохота снова подбирать коровье дерьмо... Так что, не здорово меня матери, лады?
Родимцев вымученно улыбнулся. Он, действительно, понимал трудное, иногда - безвыходное положение бесправного шестерки. С одной стороны, давит жестокий владелец особняка, для которого, судя по всему, человеческая жизнь - обычная разменная монета в финансовой игре. С другой - самовольная, не признающая запретов и удил его дочь. Она же - сопостельница.
- Не бери в голову, дружан, чаще три к носу, - посоветовал отставной телохранитель. - Авось, дождусь появления Веры Борисовны, исповедаюсь во всех грехах - уже состоявшихся и будущих.
Автомат благодарно качнулся. Его владелец по гвардейски прошагал к окну в торце коридора.
До полуночи Родимцев бродил по парку. Выбирал аллеи, с которых просматриваются в"ездные ворота. Можно было, конечно, пообщаться с охранником в его сторожке - не хотелось зря мозолить глаза, вызывать опасные подозрения. Ибо в этом сатаниском вертепе, по недоразумению именуемом особняком известного финансиста, так просто не общаются. Если и вступают в кратковременную беседу - только по делу, максимально отдаленному от жизни в особняке и, избави Боже, его владельца.
В половине первого ночи три вспышки автомобильных фар оповестили о возвращении хозяйки... Или - хозяина в сопровождении Бобика?... На территорию вкатился черный "фордик". Затормозил возле под"езда, из него цветастой бабочкой выпорнула Вавочка. Николай не успел подбежать - исчезла в холле.
Болонка опередил своего предшественника - прыгнул и распялился в дверях на подобии новоявленного Исуса.
- Не торопись, Шавка - побазарим, - пришлось остановиться. Не прорываться же силой? - Хоть подымлю спокойно - замотала меня хозяйка. Где только не побывали! Вера Борисовна даже какой-то мужской клуб отыскала, в котором вся обслуга - голые мужики. На членах висят крохотные листики, которые ничего не закрывают. Переехали в другое место, где изгибаются на сцене голые бабы. Без всяких листиков - в натуре... Потом мотанулись в казино. После - на дискотеку...
Родимцев равнодушно слушал всю эту дребедень. Вавочка успела укрыться в своих комнатах, куда вход ему заказан, а её мотание по городу не удивляет. Будучи телохранителем, он тоже на первых порах поражался многообразию интересов баламутной телки, потом привык, притерся.
- Когда сигналил у ворот, сказала: завтра отдыхай, если и поеду - сама сяду за руль. Дескать, вид больно уж нездоровый, как бы не свалился... А какой вид может быть у человека, который сначала насмотрится на мужские голые причиндалы и тут же - на голых баб с торчащими сосками и выстриженными лобками? Сплошные страдания. Когда я работал лаборантом в институте, там была одна преподавательница - забалдеешь. Груди вывалены наружу, ляжки - напоказ. Хотел было прямо в аудитории завалить - не далась, врезала кулаком по морде... Какая может быть работа, когда перед тобой маячат бабские голые фуфеля...
Димка болтал и курил. И то, и другое - безостановочно. Видимо, намолчался, мотаясь по Москве, когда хозяйка сама трепется и безостановочно дымит, а водителю запрещает. Родимцев не прерывал - делал вид, что внимательно слушает и сокрушается по поводу бесправной, обгаженной житухи хозяйской шестерки.
