Через пару дней, влюбленный нашел капище Богини Макошь и положил на жертвенник то самое серебряное кольцо, украшающее теперь мой палец. Там он поклялся маме в вечной верности и любви.
Время странствий подошло к концу. По велению сердца, нашел здесь пустующую избушку и пустил в ней корни, занимаясь знахарством. Мечта о путешествиях лопнула как мыльный пузырь. С того момента, папа больше не встретил никого, похожую на нее, впрочем, и не искал.
Отеческое любопытство тоже взяло свое. Найденная дочь колдуна рассказала о жизни в приюте и после…до наших дней, благополучно опуская некоторые важные детали, в особенности отношения с Виктором. Хотя…сдается мне, папа все обо всем знает, но предпочитает умалчивать и не вмешиваться.
— Грустно это все, — заключил он, — Тебя лишили хорошего детства, родителей. Меня — радости смотреть, как растет моя единственная дочь, как учится.
— Да, но не пройдя это испытание жизнью, мы бы не стали, кем являемся сейчас. Дадут Боги — внуков когда-нибудь понянчишь…лет так через…дцать…
Папа звонко рассмеялся, поглаживая одной рукой усы, а другой притягивая мою непутевую голову к себе.
— Эх, дочка-дочка. Молодая ты еще…ветер в голове. Еще учить и учить тебя.
— Ага, — не препираясь, быстро согласилась я, — Сквозняк так и гуляет. Никакой управы на него нет. По поводу знаний…ты прав — может вместе зелье сварим?
Он согласился не задумываясь, но только с тем условием, что я немедля поем и снова выпью снадобья. В кои-то веки, моя ведьмина натура беспрекословно слушалась. Папа поспешил воспользоваться случаем и уже через пару минут, на столе стоял чугунок с теплой гречневой кашей, сливочное масло и ломоть белого хлеба.
Через пару часов, вернулись мои напарники и не одни, а с уловом речных окуней. Рыбу мы любили всей душой, только вот напасть — за время путешествия, так и не удалось ей полакомиться. В ведре, недовольно бил по воде хвостом, будущий ужин. Решили пока только почистить, а вечером развести костер и поджарить.
Парни только умилялись, как мы с папой спорили из-за очередного сушеного пучка лебеды. Наши знания в зельеварении были относительно на одном уровне. Единственное, что у нас расходилось в видении — последовательность отправления ингредиентов в котелок. Тетушка с самого детства втемяшивала мне в голову, что если не следовать этому жесткому правилу, то снадобье может не получиться или нужного эффекта не последует. Новоиспеченный папа же — самоучка, но с большим талантом травника. По его удаче, ни один проситель не воротился с жалобами. Дело ли здесь в везении или просто некому было это делать — большой вопрос.
На моем же веку, был такой опыт. Чтобы освободить время для домашних дел, однажды бухнула все травы скопом. По итогу, мужику, кому то чудодейственное средство досталось, отделался простым выпадением волос и лишаем…а само лекарство было от мигрени…
— Я тебе говорю: соцветия бузины кладутся в последнюю очередь, чтобы не переборщить с крепостью. Одно дело лечить почки этим варевом с добавлением бузины в малом количестве, а другое — с большим, когда оно перестанет лечить и будет наносить вред организму, например: печени, — нравоучительным тоном вещала я, перебирая от лишнего сора иван-чай.
— Кто бы в этом сомневался, — снисходительно согласился папа, помешивая в котелке очередную порцию зелья, — Спорить с тобой, как голым задом в крапиву присесть — вроде и полезно, но желания повторить, не вызывает.
Друзья помогали нам перебирать травы, не забывая посмеиваться над нашей перепалкой.
— Рыжик, я-то думаю, в кого у тебя такая саркастическая манера поведения, теперь — ответ очевиден!
Мы с отцом неодобрительно покосились на Виктора. В голове тут же пробежала лихая мыслишка напоить его нашими чудо-средствами и сравнить, чей вариант окажется лучше. Судя по загоревшимся азартом, глазам Святослава, он подумал о том же. Потом я вспомнила, что мы варили не безобидное зелье от кашля или диареи, а от сердечных недугов, каких у него нет и при употреблении, можем их спровоцировать.
— А ты как хотел, князь? Дочка-то моя — ведьма с интересными родовыми корнями, а характер прилагается бонусом к магическому дару, — папа на миг задумался и иронично добавил, — Природной магией, ее мать наделила, а целительский талант с травничеством — от меня, хоть сам и не любитель этой чепухи. Матушка моя, отличной знахаркой была, до самой смерти снадобьями людей снабжала.
Виктор осекся и теперь смотрел на него настороженно:
— Откуда ты узнал, что я князь?
Отец усмехнулся в усы, убирая со стола лишние мисочки. Никто из нас не делился с ним нашими злоключениями, да и я не говорила, кто именно со мной путешествует.
— По вашему, я сильно на дурака похож? — мы синхронно отрицательно помотали головами, он это одобрил и простодушно пояснил, — Я хоть и живу в этой глуши, но новости и до меня долетают, в аккурат как голубиная почта. Если природная ведьма была невестой князя Румынии, которого зовут Виктором, не сложно догадаться, что это ты и есть.
