Обхватив руками плечи, я сильно зажмурилась, чтобы не видеть этого надвигающегося ужаса. На моей практике еще не было подобного пугающего обряда, когда силы колдуна и Богини, сливались в один поток. В таком положении, мне не удавалось увидеть, как чувствует себя папа. По короткой заминке, предположу, что сваренное зелье, пришлось к месту. За Макошь волноваться не стоило — Богов невозможно убить. Главное, чтобы друзья близко не приближались, иначе отбросит защитной волной.
Неожиданно, мое нутро обволокло совершенно непонятной, дикой и пульсирующей энергией. Она не остановилась ни на секунду, стараясь заполнить собой каждую клеточку организма. Даже кончиками пальцев, я чувствовала ее присутствие. Сначала было страшно не комфортно и казалось, что ЭТО убьет меня. Потом ОНО наконец-то слилось с моей силой, после чего ощутила невероятный прилив.
Открыла глаза и уставилась на свои руки. Сложилось впечатление, что в них зарождались шаровые молнии, которые вот-вот вылетят наружу при первой необходимости.
Последнее заклинание завершено. Усталые родители покинули свои места. Я поступила так же. Во мне кипела энергия, требующая выхода. Присев на корточки, уперлась ладонями в землю. По венам тут же побежали сильные потоки новой магии. Резко отдернув, на том месте стал вылезать маленький росток дуба. С каждым мгновением, он становился все больше и больше, пока не принял размеры многовекового дерева. Удовлетворенная мама кивнула, пояснив, что я верно завершила обряд. Иначе поступить было невозможно — та сила разорвала бы меня на мелкие кусочки.
— Теперь ты свободна, — с теплотой в голосе, сообщила она, — Твои испытания еще не закончены. Очень скоро тебя ждет достойная награда.
— Тебе нужно отдохнуть, — строго наказал папа, утягивая за собой в избу, — После пережитого сегодня, так точно…
Вырвавшись из его рук, обняла тетушку Видану и маму. Они на ушко прошептали мне напутствующие слова и испарились дымом.
— Пап, слышала тут речка неподалеку. Ткни пальцем в правильном направлении? Хочу ополоснуться напоследок.
— Давай баньку затоплю, — нахмурил лоб, глядя как я седлаю прилетевшую по моему зову, метлу, — Погоди, вода нагреется за четверть часа.
— Не нужно. Ненавижу я баню, как и хозяина ее! Лучше по-старинке — с мыльным корнем да в водоеме.
Никогда не любила душной бани. Само мытье я как бы еще пережила, но с банниками у меня с детства дружбы не наладилось. Когда маленькая была, один такой умник в бане на ночь закрыл и пугал летающими березовыми вениками до самого утра. Когда смогла выбраться, потом седмицу ходила с дергающимся глазом, хорошо заикание за сутки прошло. Когда подросла, другой банник колодезной водой окатил — даже раздеться не успела. Самый край чаши терпения наступил, когда я стала старше и обжилась у тетушки. Старый хрыч по имени Вальдемир, повадился подглядывать за моим купанием. Сколько раз в него ушатом запускала, сколько бранилась — бесполезно. Один раз вообще заявил: «Баня — мой дом. Что хочу в нем, то и ворочу. Ты, девка, на моей территории находишься. Скажи спасибо, что на мягкость форм не думаю проверить». После таких откровений, желание дефилировать нагими телесами, само собой отпало.
Папа понял, что я совершенно безнадежна и взывать к моему уму-разуму нет смысла, потому ткнул пальцем в сторону орешника. Чмокнув приунывшего родителя, взметнула в небо и с диким ведьминским хохотом и визгом, полетела прочь.
— Виктор, ты куда это? — насторожился Святослав, посматривая на удаляющуюся фигуру князя в том же направлении, что и ведьма.
— Скоро вернусь, — не оборачиваясь, предупредил он, исчезая в непролазных ветках.
Старого колдуна похлопал по плечу возникший позади Йен. С легкой иронией в голосе, он заявил, разглядывая опускающуюся темноту:
— Он все верно делает. Им давно пора поговорить.
— Расскажешь их историю?
— Ночь длинная. Почему бы и нет?
Сидеть на месте безумно не хотелось. Во мне ключом билась безудержная энергия. Вспомнилась та ночь, когда мы впервые пошли на дело в логово к драконам. Тогда меня переполняли те же чувства, что и сейчас. Я рассекала в небе холодный воздух, желая дотянуться рукой до недоступных звезд. Казалось, если подлететь ближе, то можно снять одну из них с темно-синего полотна, как пристегнутую брошку с платья и сжать в ладонях.
Макушки широколиственного леса пробегали мимо со скоростью бегущего оборотня. Голова приятно кружилась от адреналина. Не долго думая, резко тормознула метлу и совершила кувырок вперед. Отпустив деревянное основание и проделав красивое сальто, обрушилась вниз в протекающую реку. Погрузилась мягко, без лишних брызг: вошла как горячий нож в масло.
Вчерашнее жаркое солнце постаралось на славу — вода оставалась еще теплой. Подплыв к берегу, наскоро стянула намокшую одежду и разложила на траве для просушки.
