Корри, однако, оставалась потрясенной и безутешной. В конце концов, они старались на благо Господа, так где же теперь были их ангелы-покровители? Она начала плакать, и Бетси, сидевшая рядом с ней, напомнила ей, что Бог действительно защищает тех, кто верит в Него, но Его покровительство касается их душ, а не их земной жизни или физического благополучия. Бетси заверила Корри, что Бог пребудет с ними – даже в самом глубоком аду – и даст им мужество встретиться лицом к лицу с тюрьмой.
Затем Бетси помолилась за Корри и за всех причастных.
Шестеро пленников сидели и стояли в своем тайнике; дважды прозвучал перезвон колоколов церкви Святого Баво: два часа ночи, из-за голода и тесноты никто не смог уснуть.
Откуда-то из глубины дома послышались немецкие голоса.
Несколько мгновений спустя немцы вошли в комнату Корри и начали колотить по всему: по стенам, по полу и, наконец, по их фальшивому бельевому шкафу. Секундой позже шестеро бедолаг услышали самый страшный звук, который они только могли себе представить.
Раскалывающееся дерево.
Треск дерева означал только одно: гестаповцы рылись в бельевом шкафу. Все, кто находился в Келье ангелов, затаили дыхание. Они не знали глубины дерева в передней части шкафа; стоило немцам попытаться открыть панельную дверь, и все будет кончено.
Йоси начал молиться вполголоса на иврите: «Я буду уповать на Адонаи, и никто не сможет причинить мне вред…»
Кто-то зажал ему рот.
«Замолчи, Йоси! – прошептал голос. – Так ты выдашь нас». Они молча ждали, пока снаружи ломали деревянные панели. Вход в Келью ангелов пока остался нетронутым. Через несколько минут они поняли, что гестапо разбивает пол в комнате Корри. Пока их это не касалось, но надолго ли? Когда немцы поймут, что под полом ничего нет, дело, скорее всего, дойдет до бельевого шкафа.
На следующее утро с первыми лучами солнца узникам, сгрудившимся в спортзале, принесли булочки. Той ночью поспать удавалось урывками, и Корри то и дело пыталась подремать, прислонившись спиной к стене. В полдень в комнату вошли солдаты и приказали всем встать. По словам немецкого офицера, вся арестованная группа должна была сесть в автобус, ожидающий у входа.
Снаружи вокруг полицейского участка собралась большая группа жителей Харлема. Корри, Бетси и Опа шли вместе, и когда толпа увидела «Великого старика», прокатился гул вздохов, шепота и рыданий. Перед арестованными стоял заведенный зеленый автобус, сзади находились солдаты. Корри и Бетси подхватили Опу за руки, чтобы помочь ему спуститься по ступенькам участка, и замерли.
Спотыкаясь, мимо них – окруженный двумя солдатами – прошел Пиквик. Он был без пальто и шляпы, лицо покрыто синяками и засохшей кровью.
Двигаясь по проходу в автобусе, Петер нашел Пиквика и сел рядом с ним. Даже просто находиться рядом с другом и единомышленником показалось облегчением, но человеку, которого он всегда знал как жизнерадостного дядю Германа, сейчас было совсем не до веселья. Пиквик положил свою руку, полную сопричастности и уверенности, на руку Петера.
«Петер, мне пришлось несладко. Они только и делали, что били меня; ты знаешь, как они любят это дело. В конце концов я настолько измучился, что в минуту своей слабости помолился, чтобы Господь дал мне умереть. Правда я сразу вспомнил, что таких молитв, нам, христианам, произносить не положено, и я попросил Господа простить меня за эту слабость».
Говоря, Пиквик повернулся к Петеру. Его лицо было настолько обезображено, что его практически было не узнать. Герман потянулся за чем-то в кармане, и когда он разжал руку, Петер ахнул.
На ладони лежали несколько зубов дяди Германа.
Корни остались целы.
В Бейе положение шестерых попавших в ловушку стало совершенно невыносимым. На второй день заточения Келья ангелов больше походила на карцер. Все хотели пить и есть, но хуже всего переносилось отсутствие удобств. Чтобы жидкость не просачивалась через пол и стены, они мочились на разорванные в клочья простыни. Для прочего нашлось маленькое ведерко, Ронни умудрился и его случайно опрокинуть. Вонь стояла тошнотворная.
Напряжение и страх довели тревогу до опасного уровня, только Йоси и Марта успокаивали своих друзей. «Если доверяешь Всевышнему, – уговаривали они, – Он будет всегда с тобой и защитит твою душу».
Тем не менее мысль беспрестанно кружилась в голове у каждого: как долго они смогут продержаться?
Корри, Бетси, Опа, Нолли и Петер смотрели в окна, и скоро поняли, что автобус выезжает из Амстердама на юг, скорее всего, в тюрьму, но куда именно?
