Киана отшвырнула от себя мальчишку, поблагодарив его за подсказку, и помчалась в сторону дома. Пинком распахнула дверь, ворвалась внутрь. Женщина в грязном переднике и косынке, увидев её, в испуге заметалась по горнице. Не обращая на неё никакого внимания, девушка заглянула в каждую комнату в поисках люка. В горнице его не оказалось. В смежной каморке спал в люльке младенец; она была такая узкая, что о входе в подвал здесь и речи быть не могло. Зато в кухне с закопченными стенами обнаружилась линялая циновка у очага. Феруиз отпихнула её носком сапога и дёрнула крышку люка, скрывавшуюся под ней, которая, конечно же, оказалась заперта. Но киана была в такой ярости, что без труда проломила её одним ударом ноги. Младенец в каморке проснулся от грохота и заплакал. Мать бросилась его утешать. Кажется, она сквернословила и ругалась на нежданную гостью, которая явилась крушить мебель, но побоялась ей перечить. Это было объяснимо: и бо́льшие храбрецы не решались иметь дело с гневной Феруиз.
Киана между тем спустилась в подвал, где навстречу ей бросилась подруга. Она помогла Балти-Оре подняться по приставной лесенке и вывела её за порог, аккурат к тому моменту, как им преградил путь десяток человек с Сидом во главе.
— О, нет! — воскликнул он. — Вы никуда не пойдёте! Рыжая. Ты явилась слишком рано и не по адресу.
Он сморщил нос и оскалил жёлтые зубы.
— Денег, надо полагать, ты тоже не принесла? — осведомился он. Феруиз рассмеялась каким-то очень нехорошим смехом и достала из ножен меч. Приспешники Сида также не замедлили выхватить оружие. Балти-Оре скорбно вздохнула и на всякий случай спросила, нельзя ли обойтись без драки.
— Не думаю, — ответила Феруиз, завела её в дом и захлопнула перед её носом дверь, покосившуюся на петлях после того, как киана чересчур грубо её распахнула.
Теперь было самое время поразмяться. Занеся меч над головой, девушка ринулась на противников и без предупреждения огрела эфесом первого попавшегося так, что у того брызнули искры из глаз. Она с быстротою молнии выхватила кинжал из сапога и парировала выпад со спины, ударом ноги в печень отпихнула наступавшего с фланга, затем подпрыгнула и в продольном шпагате уложила подошвами сапог ещё двоих лицом в грязь. Остальные пришли в замешательство, не ожидая такого отпора. Но ей нужен был только Сид. На сей раз он не имел права ускользнуть, в штанах или без. В самом деле, он вновь обратился в бегство и запетлял огородами. Феруиз вскочила на коня и бросилась в погоню. Верхом она мигом догнала его и, свесившись чуть не до земли, хлестнула по пяточному сухожилию хлыстом, отчего у беглеца подкосились ноги, и он рухнул посреди капустного поля.
«Именно поэтому я ношу ботфорты», — пояснила Феруиз, подняв его за ворот и привязав к узде.
Дружки Сида хотели было вновь посадить свою пленницу под замок, когда эта бешеная фурия скрылась из виду, но увидев, что их лидера схватили, они беспрепятственно отпустили Балти-Оре. Теперь их беспокоило только одно: как бы их самих не взяли под стражу. Самые хитроумные успели скрыться загодя, остальные лебезили и переминались с ноги на ногу.
Феруиз решила, что сейчас не до них, и потребовала, чтобы они оседлали ещё одну лошадь. Те послушно привели кобылу из ближайшей конюшни, и кианы покинули деревушку.
Киан Дшон встретил путешественниц во внешнем дворе замка. Он прогуливался по парковой аллее вместе с кианой Йэло, кутавшейся в три шерстяных платка, сетовавшей на промозглый холод и намеревавшейся после прогулки как следует попариться в банном крыле: горячий пар отлично прогревал её суставы и облегчал боль. Дшону было даже немного стыдно щеголять перед ней одетым так легко. Ему-то ревматоидный артрит не грозил.
— Смотрите, киан Дшон, кого мы привезли вам в гости! — воскликнула Феруиз, гарцуя перед ним на коне. Тот в удивлении развёл руками и посетовал, что у него только один глаз: чтобы оценить такую картину, однозначно требовались оба.
— Теперь-то уж он не отделается одними штанами, — заявила киана. — Вы послушайте, что он задумал! Похитить нашу Балти-Оре!
Она тут же рассказала, как ей удалось вызволить девушку — умолчав, впрочем, о том, каким образом она её отыскала. Сид понуро стоял рядом и сверкал глазами. Ещё на подступах к городу его предусмотрительно обезвредили кляпом, чтобы он не смущал почтенных прохожих своими лозунгами и бранью, и теперь, даже если ему было, что сказать, он не мог себе этого позволить.
— Вот только не стоило трудиться и вести его под конвоем аж до замка, — заметил капитан. — Ведь ему самое место за решёткой.
Вместе с Феруиз он отвёл Сида в городской изолятор на набережной северного города и тут же оформил бумаги. Записал показания гердины Рэди-Калуса и, наконец, по всей форме допросил самого задержанного. Годы и прежние неудачи приучили того не разглашать своих планов всем и каждому, так что он отрицал свою причастность к похищению кианы и упирал на то, что они с Балти-Оре всего лишь провели время вместе, как старые друзья. У кианы ведь очень много друзей.
