И я сорвалась, отбежала от этого места. Мальчишка бросил рогатину и побежал со мной. Отбежав на безопасное расстояние, мы вдвоем тяжело дыша, обернулись и увидели, что хампса пытается освободиться, от зажавшей его рогатины.
Молча наблюдали, как он всё же освободился, и медленно направился в воду. Только после это мы успокоившись, посмотрели друг на друга.
[1] Отсчет времени (лет) в период до нашей эры, ведется в обратном порядке. То есть героиня родилась в 2908 году до нашей эры, десять лет ей исполнилось в 2898 году до нашей эры, а восемнадцать в 2890 году до н.э.
[2] Хатор была египетской богиней, которую считали олицетворением радости, женской любви и материнства. Она была одним из самых важных и почитаемых божеств на протяжении всей истории Египта, которому поклонялись, как члены королевской семьи, так и простые люди.
Во многих гробницах она изображалась как божество, отвечающее за приветствие умерших в следующей жизни. Также считалось, что она помогает женщинам при родах. Хатор описывалась, как коровья богиня с рогами, между которыми находится солнечный диск, окруженный урэусом.
[3]Выращивали здесь главным образом зерновые: полбу — пшеницу-эммер, из которой пекли хлеб, и ячмень для изготовления пива. Они составляли основу рациона и богатства. В хозяйствах вельмож зерно держали в башневидных, закруглённых сверху хранилищах, сооружённых из нильского ила (на рельефах они окрашены в серый цвет). Такие зернохранилища обнаружены в поселениях I–II тысячелетий до н.э. Зерно засыпали в них сверху, а вынимали через выдвижную дверцу внизу. Посевное зерно оставляли до нового сева в хранилищах, устроенных прямо в поле. Основной технической культурой являлся лён, из него делали множество вещей — от канатов до тончайших тканей.
[4]Важное значение имел и сбор болотного растения папируса. Неизвестно, был ли он культурным или дикорастущим. Корни папируса употребляли в пищу, стебли шли на изготовление всевозможных предметов: например, лодок, циновок, а также прославившего Египет писчего материала, который вывозился в другие страны.
[5] Хампса — одно из названий крокодила в Древнем Египте со слов Геродота в его ' Истории'.
Египет, храм богини Хатор, 2902 год до н.э.
Передо мной стоял смуглый и темноволосый мальчишка, хорошо физически развитый для своего возраста. Глаза были тёмно-коричневые, почти черные. На нем была только схенти[1], он был бос. Впрочем, как и я.
Я с любопытством за ним наблюдала, пока не заметила, что и он разглядывает меня. На миг задумалась, что там он мог увидеть в девчонке со светло-серыми глазами, непонятно от кого из предков взявшимися пшеничного цвета волосами, и россыпью веснушек на лице.
— Ты кто? Чего тут делаешь? — заговорил он первым.
— Моё имя Нефе, я оттуда, — махнула на храм за спиной.
— А меня зовут Хотеп[2], я с отцом здесь, но скоро мы уже уедим.
— Ты с теми незнакомцами, что разговаривают с верховной жрицей?
Он согласно махнул головой и добавил:
— Ты Нефе, будь осторожен и к берегу больше не ходи.
— Да-да, буду. Спасибо тебе, ты спас меня.
Мы какое-то время переговаривались, как все дети, показывали друг другу красивые камни, что нашли на берегу. Потом бросали их в воду, кто сможет дальше.
Внезапно я опомнилась, меня наверное уже потеряли воспитательницы. Попрощавшись с Хотепом, я побежала тем же путем в храм, боясь что меня накажут. Но в суете, что царила вокруг, обо мне совсем забыли, и я ушла в свой тихий уголок комнаты, а после отправилась с другими девочками в хлев, помогать убирать.
Возвращаясь, я заметила Хотепа рядом с незнакомцами, прибывшими в храм, он тоже издали заметил меня и улыбнулся.
Весь следующий день я провела под палящим солнцем, несмотря на возраст, работала в поле. Недалеко от храма были небольшие поля с луком, капустой, и салатом-латуком[3]. В полуденную жару, меня послали, привести на муле, из храма воды.
Уставшая, взмокшая, сидела на муле, вцепившись руками в его гриву, я тряслась от страха, очень боялась с него свалиться.
Подъехала я к дверям в амбары, через главные ворота в храм, это было делать нельзя. Спускаясь с мула, я всё же упала и оцарапала коленки о горячий песок.
Поднялась и потянула мула внутрь амбаров, где его и привязала. Грязная, с перепачканными кровь коленками, я медленно поплелась к дверям в кладовые. Там я взяла два кожаных мешка с водой, нужно было связать их между собой и потом закинуть на мула.
Было тяжело, я оттащила один мешок, и взялась за другой. Выбившись из сил, я не удержалась и упала на каменой дорожке ведущей в амбар, где стоял мул.
Всхлипнув вытерла нос, пытаясь встать, уперлась рукой в один из камней. Неожиданно в поле моего зрения попали ноги, обутые в кожаные сандалии.
Это были ноги взрослого мужчины, от неожиданности я подняла взгляд.
Передо мной стоял высокий и крупный мужчина, его кожа была очень смуглой, а волосы длинными и черными. Глаза его были настолько темны, что мне показалось, они темнее ночи.
