Кто поможет моим родителям, если они заболеют? Возможно, безосколочные уже помогали им, пока я искал Эмалу на просторах Бескрайнего моря? От них больше проку, чем от меня.
Загнав плохие мысли куда подальше, я пошел к выходу из пещеры. Мэфи за мной. Я снял лампу со стены и двинулся к проходу, по которому мы туда пришли. Мэфи ни слова не сказал, хотя я знал, что его разрывает от вопросов. Я и сам еле сдерживался, но чувствовал, что это не то место, где их можно задать.
Так мы шли по коридорам, у нас за спиной постепенно затихали людские голоса, а впереди была пустота и тишина. Вопросы Джио растаяли у меня в голове, их вытеснили мои собственные.
– Не видно никаких дверей. Как думаешь, далеко уходит этот коридор? – спросил я Мэфи, который вертелся у меня под ногами.
– Не знаю, – честно сказал он.
Кто бы сомневался.
– Это всего лишь мысли вслух, – признался я. – Его разведчики… Они не просто по случайности нашли это место. Он узнал о нем не от них.
Я вытянул руку с лампой вперед. Откуда-то издалека доносились приглушенные голоса. В воздухе пахло землей и льдом.
– Он мне нравится, – сказал Мэфи.
– Ну еще бы! Он же говорит о спасении, о том, как сделать лучше для всех. Но вот ты скажи – часто такое получается? Взять и устроить Совет из представителей островов? Люди любят простые решения. Когда все это началось, люди верили, что Сукай нас спасут. Понимаешь? Они не спасли нас, они сделали нас своими рабами. Я должен постоянно оглядываться, думать о своих родных. А значит, я должен найти жену. Если ты веришь в то, что новый порядок – это так хорошо, почему не останешься здесь вместе с ним?
Глупый вопрос. Даже не знаю, как мне такое в голову пришло. Но сказанного не воротишь.
– Никогда тебя не оставлю, – сказал Мэфи и снова запетлял у меня под ногами.
Тяжко в этом признаваться, но мне после его слов очень полегчало на душе.
Мэфи сел передо мной на задние лапы и сказал скрипучим голосом, от которого у меня мурашки по спине побежали:
– Йовис, эти люди тут – тоже твои люди.
Я вспомнил о долгих часах в императорской Академии, о косых взглядах, о том, как смотрели на мою кожу, о том, сколько сил мне приходилось вкладывать, доказывая, что я не хуже других. Всем в Академии было плевать на меня. Я провел там два года, ни на кого, кроме себя, не мог положиться. Потом наконец меня с неохотой признали, и я заполучил штурманскую татуировку. Они хотели, чтобы я провалил все экзамены, и очень разочаровались, когда этого не случилось.
– Они – не мои люди!
Я хлопнул ладонью по стене и с опозданием почувствовал вибрацию в костях. Пришлось сделать глубокий вдох, чтобы унять эту дрожь и не дать обвалиться стенам в коридоре.
Мэфи прижался к полу и посмотрел на потолок.
Я медленно выдохнул. Казалось, если выдохну резко, все станет только хуже.
– Прости. Что-то я погорячился, надо быть осторожнее.
Мэфи, не сводя взгляда с потолка, подкрался ко мне поближе и постучал лапой по колену:
– Мы вместе. Нас не разлучить.
У меня от облегчения голова пошла кругом, я оттолкнулся от стены и неуверенно двинулся вперед. Ладонь вспотела; чтобы не уронить лампу, пришлось крепче сжать пальцы.
Стена, по которой я хлопнул рукой, куда-то исчезла. Сердце грохотало в ушах.
– Что это?
Мэфи юркнул вперед, я даже слова сказать не успел.
– Стой…
Я осекся и тряхнул головой.
Мэфи исчез в открывшейся комнате, останавливать его было бесполезно. Что бы там ни думал лидер Безосколочных, Мэфи – не мой питомец. Он – друг. Очень глупый друг.
Я поднял лампу повыше и шагнул следом за ним. Волноваться было не о чем. Комната была маленькой, никаких затаившихся в углах монстров. Я оглянулся. За спиной – каменная плита, она же – дверь. Пробежался пальцами по краям – ничего. Там, в коридоре, я точно не видел никакой двери. Откуда она взялась? Или свет от лампы был слишком тусклым и я ее не заметил?
Мэфи открыл сундук и принялся в нем рыться, поднимая вокруг себя облака пыли.
– Прекрати! – крикнул я. – Ты же не знаешь, что там.
Все без толку, я даже мог не подавать голос. Мэфи попробовал на зуб браслет из камней, понял, что он несъедобный, и отбросил в сторону. Принялся вынимать ткань и замотался в нее, как в бинты.
Я вздохнул и оглядел комнату.
В центре стояла низкая кровать, а в углу – утопленная в каменный пол ванна. Когда-то давно это могло быть очень даже хорошим местом для отдыха. Вдоль стен – вырезанные из камня полки. Все на первый взгляд пустые, но когда я поднес лампу поближе, то увидел следы на слое пыли. У меня мурашки по спине побежали. Кто-то сюда приходил, и, судя по следам, это было год назад, не позже.
– Мэфи… – шепотом позвал я, но даже шепот в этом месте казался слишком громким. – Уходим отсюда.
На одной полке я приметил какие-то щепки и кое-что еще…
Книга.
Мэфи выбрался из сундука и метнулся ко мне, как раз когда я взял книгу с полки.
– Еда? – спросил он.
Определить, в какое время суток все это происходило, было сложно, но, думаю, ближе к закату. То есть после ужина. Мэфи в последнее время ел больше обычного и по утрам был слишком уж расслабленным.
