Дольше сдерживать себя я уже не могла. Мне нужно было либо войти в кабинет и прервать разговор его величества с герцогиней, либо бежать оттуда прочь. Первый вариант был недопустим – как бы хорошо ни относился ко мне король, такого нарушения этикета он бы не потерпел.
Я развернусь и бросилась по коридору к выходу из дворца. Нет, я не собиралась сбегать из Лимы – я понимала, что по приказу его величества меня найдут где угодно. Но мне нужно было хоть немного побыть одной – чтобы обдумать услышанное, чтобы смириться с мыслью, что женщина, которую я долго считала своей матерью и ради которой на многое была готова, ненавидела меня.
В какой-то мере я могла понять причины ее поступков – она любила Артура и изо всех сил отстаивала его интересы. Она считала меня угрозой его благополучию, положению в высшем свете Линарии. И разве в этом она была не права?
Что ждет блестящего молодого офицера, если он свяжется с девушкой, которая даже не знает своего отца? Осуждение общества, насмешки. Тут не поможет даже одобрение короля – если, конечно, его величество вообще решит нас поддержать.
Я не сомневалась в благородстве Артура – если он решится жениться на мне, то не станет слушать чужие советы. Но хочу ли я становиться для него обузой – ведь рано или поздно он осознает, чего лишился, связавшись со мной, и ему станет не хватать привычного круга общения.
- Право же, ваша светлость, вы слишком импульсивны! – услышала я вдруг насмешливый голос графа Данзаса. – Учитесь держать себя в руках!
- Что вам нужно от меня, ваше сиятельство? – почти выкрикнула я.
Мы были одни на террасе. Шел дождь, но я его не замечала.
- Мне? – удивился граф. – Решительно ничего. Но я должен был убедиться, что с вами всё в порядке, и что вы не побежали топиться в пруду. И не беспокойтесь – я сообщил его величеству, что сегодня вы вряд ли придете к нему для беседы.
- Благодарю вас, ваше сиятельство, - сказала я, не испытывая ни малейшей благодарности. – Но я не понимаю, какое вам до меня дело? Раньше вы опекали меня по долгу службы. А сейчас, я думаю, вы должны быть рядом с настоящей принцессой.
Он невозмутимо пожал плечами:
- Пока мне не поступало других распоряжений от его величества, я продолжаю состоять при вас, ваша светлость, кем бы вы ни были на самом деле. Так что пока вы во дворце, вам придется терпеть мое общество.
- Вы пришли посмеяться надо мной? – еще больше разозлилась я. – Ну, что же, смейтесь! Как быстро принцесса стала Золушкой, правда?
- Позвольте, я предложу вам накидку? – он будто не слышал моего вопроса. – Сегодня холодно, а вы в легком платье. И послушайтесь доброго совета – не пытайтесь бороться с тем, что вы не в состоянии изменить.
Накидка быстро согрела меня, и я перестала дрожать.
- К чему вы это сказали? Боитесь, что я пойду к его величеству и наговорю ему дерзостей? Уверяю вас, я вовсе не намерена этого делать. Я понимаю – король не может изменить своему слову. А мне его величество исполнение желания не обещал.
- Нет-нет, ваша светлость, - запротестовал граф, - я вовсе не это имел в виду. Напротив, я считаю, что вы должны просить его величество отказать в просьбе вашей матушке, если, конечно, позволительно так называть герцогиню. Эта женщина сделала для принцессы гораздо меньше, чем вы, и его величество понимает это. Выполнение ее желания противоречит вашим интересам.
Я грустно усмехнулась:
- Неужели вы полагаете, ваше сиятельство, что кого-то волнуют мои интересы? К тому же, герцогиня права – брак со мной сделает Артура несчастным. И если нет другого способа удержать его светлость от неразумного поступка, значит так тому и быть – я удалюсь в монастырь. И единственное, о чём я буду просить его величество – это позволить мне уехать в тот монастырь, в пансионе при котором я провела несколько месяцев. Его настоятельница была добра ко мне.
Данзас вздохнул:
- Не торопитесь соглашаться, ваша светлость. Быть может, разумнее дождаться возвращения в Лиму его светлости? Здесь замешаны и его интересы, разве не так?
Но я покачала головой:
- Нет, ваше сиятельство! Артур заслуживает лучшей участи, чем брак с безродным подкидышем. И прошу вас, давайте больше не будем говорить об этом.
- Как вам будет угодно, ваша светлость, - не стал спорить граф.
В этот день меня никто уже более не беспокоил. Горничная принесла обед и ужин прямо в спальню, но мне совсем не хотелось есть. И спать тоже не хотелось – только к утру я забылась в тяжелом сне.
И на следующий день я проснулась только к обеду.
- В гостиной вас дожидается его сиятельство граф Данзас, - сообщила горничная, затягивая шнуровку на моем платье.
Когда я появилась в гостиной, граф без зазрения совести поглощал мой обед. Я несколько секунд в немом изумлении смотрела на то, как исчезали у него во рту фрукты, конфеты, булочки.
