Со стороны увидела приближающийся силуэт Кима, наматывающего стропы, с другой стороны Колина, что схватил стропы одной рукой, второй дунул на парус. Купол рванул от земли.
Это все произошло буквально за несколько секунд, но песок уже осел.
В снова полетели шары в нас. Колин отбил атаку, поднял ещё несколько клубов песка с земли. Снижая видимость на земле. Песочный убрал песок, но недостаточно быстро. Мы отлетели уже довольно далеко, чтобы магия до нас не могла дотянуться.
Отлетели мы не так далеко, как бы хотелось. Долетели до следующего гребня, пролетя через ущелье. Приземлились чуть выше той же тропы, что петляя уходила куда-то вверх. Выиграли, может, день —,пол дня.
Посадка была не очень приятная. Не насмерть, но нас приложило, качественно протащив по камням. Я только и могла что сидеть, опершись спиной на камень, об который меня приложило. А перед этим собрав всю грязь вокруг и кучу мелких камней за шиворот, порвала рубашку. Отлично! Просто здорово! Но главное мы живы. С рассеченной брови капала кровь, руки в ссадинах от веревки, пальцы отказывались разгибаться. Я пыталась отдышаться и взглядом найти ребят. Мы упали рядом, но не в одном месте. Встала, благо тяжёлых травм у меня не было. Только синяки. Ким лежал, подтянув колени к груди с другой стороны ближайшей от меня груды камней. Колина пока не видела.
Я, кряхтя, присела рядом с Кимом. Потрясла его за плечо. Он повернулся, морщась и лёжа разворачиваясь ко мне.
— Ким, ты как? — с беспокойством спросила я, ощупывая его и проверяя на травмы.
— Сейчас пройдет. Меня плашмя приложило об этот камень. Весь дух вышибло.
Он пролежал ещё с минуту и начал вставать.
— Есть повреждения?
— Ничего серьезного, но отбил я себе все. — сказал он, встав и согнувшись пополам.
В это время к нам подошёл Колин с кровоточащей рукой и ногой. Вот это попали так попали. Воздушник — наш главный проводник и козырь.
— О, Святая! Ты как? — подскочила я — Сломаны? — спросила ощупывая и осматривая повреждения. Заодно проверяя остальные части тела. Может ещё ребра или ещё что?!
— Нет. Только порезался. Это не страшно.
— Страшно — не страшно надо обработать. Садитесь. Сейчас лечить буду.
Ким оказался поцарапан, побит, но действительно наружных повреждений не было, но вот ребро скорее всего треснуло. Я туго перетянула битами его торс. Колин расшиб колено в кровь, ещё в нескольких местах порезался, а вот на руку пришлось нанести пару швов. Благо перелома не было. Обработала и забинтовала руку, остальные раны, где обработала, где забинтовала. Заставила выпить зелье регенерации. Снова попробовала помочь с помощью своей магии. Попыхтела минут пять, посмотрела есть ли разница — ну вроде чуть меньше порез стал, нет?! Непонятно. Этому с наскока не научишься. А так хотелось помочь. После уже обработала рану у себя на голове, рука уже прошла, что могло пройти.
Осмотрела нас — да, веселая компания подельников или лучше сказать инвалидов. У одного ребра и голова, у второго нога, рука, у меня голова, ребра. Все в крови. Пока я обрабатывала себя и Кима, Колин достал бутерброды, что я приготовила ещё утром. И мы быстро их сжевали и допили воду из бурдюков, что оставалась.
Потом с кряхтением встали и пошли искать купол. Надо уходить.
Мы нашли его дальше по тропе и даже целый.
— Я не понял, как они нас так быстро нашли? — спросил Ким, сворачивая купол.
— Песчаник, что песком управляет должно быть почувствовал. Мне больше интересно как добрались так быстро. — ответил Колин помогая.
— А мне интересно зачем? Чем я так опасна, что и через пустыню пошли.
— Это всем интересно. Как время будет, сядем, будешь подробнее рассказывать всю свою жизнь, пошагово до мелочей. Может, видела что?! Или с собой что взяла? Для тебя это может быть что-то незначительное или даже обыденное. А для них это то, что не должно выйти за пределы страны.
— С собой только я сама осталась да мой мешок с травами. Там пара артефактов, но самых обычных: фонарик и нагреватель воды. Ничего такого. А про обыденное… почему ты думаешь это что-то такое?
— Да не первый раз такое случается. Не всегда в моей практике, но были случаи. Там может быть даже совсем мелочь.
— И меня за нее убить хотят?
— И хотят, и убьют если не поторопимся.
— Уходим. — скомандовал Ким, убирая купол в рюкзак и закидывая его себе на спину.
Далее мы поднимались так быстро, как могли. Колин облегчил наш вес, но все равно к вечеру мы были мокрые от пота и уставшие. Страх подгонял, но двигались мы медленнее чем до этого. В этом состоянии ещё одно нападение мы не отобьем. Надо что-то придумать. А пока шли дальше. Смеркалось. Я уже не переставала спотыкаться, но держалась. Жизнь дороже.
— Перерыв. — крикнул Колин и мы упали, где стояли.
Через пятнадцать минут Колин подошёл, присел около меня и всмотрелся в лицо. Мне было откровенно плохо. Я в жизни так не выматывалась. Кивнул головой, убедившись в чем-то, и молча повесил ещё один артефакт облегчения веса на меня. После развернулся и присел передо мной на колени на землю, спиной ко мне.
— Давай на закорки. Тебя уже шатает.