Какое-то время оба молчали. Ася собиралась с мыслями, пытаясь понять, какие вопросы она может задать и что потом делать с ответами. Пока выходило одно к одному – идти к чертям, и будь, что будет.
Вот только не давала покоя одна мысль.
- Мама, - Ася повернулась к черному шаману, протянула руку и крепко взяла его за отворот изодранной почти до неузнаваемости куртки. – Что будет с ней?
Скелет недобро усмехнулся.
- Я не знаю, - сказал он. – Но возможно всякое.
- Что он с ней сделал?
- Как что? Убил, - пожал плечами Черный, так, будто это всем было известно.
Будь он настоящим, наверное, вонял бы плесенью и потревоженной могилой, но Ася, хоть и была совсем близко, не чувствовала никаких запахов, кроме тех, что и должны быть летом на берегу озера. Чуть тянуло тиной, но свежо и сладко благоухали кувшинки. С леса тянуло прохладой и скошенной травой.
Так же пахло, когда дворники летом приводили в порядок газон во дворе. Асе заросли травы с нее ростом нравились куда больше, можно было даже в городе воображать, что находишься где-нибудь на природе, а не тащишься в магазин с поручением от тетки.
- То есть как убил? – пытаясь говорить по возможности ровно, уточнила Ася.
Все еще был шанс, что Черный лжет, что хочет запутать ее или настроить против отца, но какое-то седьмое или восьмое – сколько их вообще может быть у шамана – чувство подсказывало, что нет. Что все именно так, как говорит скелет.
- Случайно, наверное.
- Сгоряча?
- Возможно.
- Ты что-то еще об этом знаешь?
- Кое-что, - скелет попытался улыбнуться, но лучше бы ему было этого не делать – от непривычного движения едва не отвалилась сгнившая челюсть. Ася поморщилась, отступила на шаг в сторону и выпустила из рук полуистлевшую ткань ворота.
- Расскажешь?
- Покажу, - предложил Черный. – Иди за мной.
Наверное, этого делать не стоило. Что мешало черному шаману затащить ее обратно в свой мертвый мир и посадить на цепь, приставить охранять дохлого медведя или кто у него там еще есть? Эти мысли пронеслись у Аси в голове, когда скелет довольно деликатно взял ее за руку и встал.
Из-под воды вдруг поднялся пень, пошевелил корнями и превратился в лодку.
- Прошу на борт, - пригласил Черный. – Не побрезгуй уж.
Ася с некоторым сомнением смотрела на утлое судно, в котором стояла на дне вода, лавки сгнили, и кажется, кое-где успели завестись лягушки и водоросли.
- А не потонет она?
- Не потонет, - пообещал скелет.
Когда они разместились, он опустил в воду колотушку, больше всего похожую на плохо обглоданную бедренную кость – хорошо бы, не человеческую – и лодка мягко заскользила по озерной глади.
- Куда мы плывем?
- На север. Обитель мертвых всегда на севере, - пояснил шаман.
- В Туонелу?
- Почти. Твоя мать не может уйти на тот свет.
- Почему?
- Не хочет.
Ася неловко усмехнулась и замолчала. Ответы шаман давал крайне односложные, но годились и такие. Ленин, сидевший у нее на руках, с интересом оглядывался. Было на что. По мере того, как лодка удалялась от берега, наступала осень. Деревья сперва пожелтели, потом осыпались, а небо посерело. Пошел снег. Вода сменила изумрудный цвет на глубокий синий, а затем – на свинцовый, почти черный.
- Не замерзнет озеро?
- Не замерзнет.
Ася поежилась, вокруг быстро холодало.
Они плыли уже достаточно долго, куда дольше, чем нужно было, чтобы пересечь озеро, которое по размерам едва ли превосходило пруд-отстойник недалеко от их дачи. Мальчишки летом катались по нему на самодельном плоту, а купаться боялись – ходило поверье, что в мутной воде водятся глисты. Этому бы Ася совсем не удивилась.
А кто водится тут, думать даже не хотелось.
Периодически она замечала, как в облысевшем лесу бродят какие-то фигуры, странные, тяжеловесные и медленные.
- Маахисы? – уточнила она у своего сопровождающего. – Там, в лесу?
- Возможно. Много кто может быть. Они нам не опасны.
- Почему?
- Они видят либо живых, либо мертвых, - так, словно объясняет что-то само собой разумеющееся, бросил черный шаман. – А мы с тобой сейчас ни те, ни другие.
Ася боролась с дремотой. Ей хотелось спать, как если бы она пришла в школу с температурой, и монотонная речь учителя вызывала только одно желание – опустить голову на парту, подложить под щеку учебник и отключиться.
Ленин ткнулся носом ей в живот.
Учитывая, что нос был каменный, получилось больно.
- Что? – Ася нехотя приоткрыла глаза.
Варан всем своим видом призывал взбодриться и посмотреть по сторонам.
Вокруг была совсем зима, в озере плавала шуга, лес по берегам засыпало снегом по колено. Под тяжелыми снеговыми шапками гнулись деревья. Небо было серое, почти черное, солнце не поднялось выше горизонта.
- Мы плывем уже год? – поинтересовалась Ася у скелета, которого тоже запорошило так, что он стал похож на лесную корягу.
- Время не реально, - отозвался черный шаман. – Той дорогой, по которой нам нужно двигаться, не пройдешь иначе.
- Почему мне не холодно?
- Тебя нет здесь полностью. Твой разум этого не видит.
- Оригинально, - Ася вытянула руку и набрала с борта лодки комок белого пушистого снега.
Он сразу начал таять, а рука так и не почувствовала холода.
