- Скорее всего. Я однажды точно умер, когда выпил мерзкий отвар из мухоморов, который сварил один шаман-недоучка по имени Ян Дворжак. Ну и потом были еще пара эпизодов... их тоже можно при желании классифицировать как смерть.
Второй раз совать в рот пирожное Ася не стала.
Она просто уставилась на Ковальского долгим немигающим взглядом. Тот в ответ мило улыбнулся и расцвел, очевидно, в такой момент она тоже напомнила ему отца. Что, кстати, в отце было такого уж хорошего, она тоже еще не до конца разобралась.
- А мухоморы-то зачем? – осторожно уточнила она, решив пока не вдумываться в тот факт, что имя у шамана-недоучки было такое же, как у бессменного некультурного ухажера тетки Лены.
- Это еще не самая странная часть истории, да? – немного придя в себя от новостей, спросила Ася.
Ковальский, под шумок стащивший еще не обкусанную половину ее пирожного, прожевал и кивнул. Девушка подумала, что для человека, родившегося в девятнадцатом веке, у манеры у него какие-то уж очень современные, хотя никто из ее знакомых помладше не затруднил бы себя сначала доесть, а потом уже начать говорить. Иных же признаков дремучей старости в Ковальском, сколько не приглядывайся, было не обнаружить. Подтянутое сильное тело, ясный взгляд золотисто-карих глаз, веснушки, как у Антошки из мультфильма про картошку, разве что вот шрамы и легкая седина в волосах...
- Все равно ты неплохо выглядишь, - добавила Ася неизвестно к чему. – Даже если тебе полтора века.
- Я родился не в твоем мире, - осторожно пояснил Ковальский. – У нас там все по-другому, если хочешь знать. Но здесь мне в принципе тоже нравится.
- А как у вас? Дирижабли? Паровая энергия?
Ковальский с сомнением выгнул рыжую бровь.
- Нет, ничего такого, - вздохнул он. – Антисанитария, революции и войны.
- Все как у нас!
- Но например, сейчас мы находимся в России, так?
- С этим не поспорить, - вздохнула Ася, которая, возможно, предпочла бы сидеть в кофейне где-нибудь на Синдзюку.
- А в моем мире это называется «Восточный конфедерат». Он занимает почти всю европейскую часть России и Восточную Европу. А от Уральских гор начинается Сибирское ханство. Дальше – где у вас Монголия и Китай – Великая Азия. Там редко кому удается побывать, поэтому никто не знает, как там выглядит жизнь. Говорят, они пережили конец времен...
- Какой еще конец времен? – вытаращилась Ася.
- Полный и безговорочный.
- Слушай, я что-то про это сейчас знать не хочу, - внутри вся похолодев, добавила она. – Это страшно. Давай вернемся к более земным вещам.
- Ты под земными вещами понимаешь то, что произошло с тобой на прошлой неделе или наше с твоим отцом занимательное путешествие по Арктике?
- То и другое!
- Возможно, между этими двумя историями есть связь, - согласился Ковальский. – И я даже сам смогу ее понять.
- Тогда не томи!
- Пей свой кофе, - фыркнул он. – Остынет же!
- Эта женщина, знаешь, - вдруг словно бы без причины начала Ася. – У нее тоже были веснушки, как у тебя! И рыжие волосы. Может быть, вы родственники?
Ковальский перепал с лица, но сперва ничего не сказал. Потом подумал немного и спросил:
- Женщина?
- Да. Я встретила ее в том мире... В черной избе над озером.
- Со следами когтей на двери, - уверенно досказал Макс. – Знаю я эту избу. Жил в ней как-то даже.
- А банка от майонеза на подоконнике была? Со свечкой?
- Ну, таких деталей я не припоминаю, - выражение лица у Ковальского стало чуть попроще, но все равно чувствовалось напряжение.
Ася подумала, что здесь, видимо, скрыта какая-то очень неприятная тайна, раз о женщине все не хотят говорить и старательно делают вид, что первый раз о ней слышат. Но решила пока соблюдать осторожность и особенно на своего информатора не давить. В конце концов, ей все-таки придется написать проклятый реферат, и гораздо полезнее для ее судьбы будет сделать это на основе добытой лично информации, а не скачав готовый из интернета.
Представив себе тему «что делать, если твой отец шаман?», Ася в глубине души хмыкнула.
- Что такое майонез, я уже здесь выяснил, - вдруг сказал Макс. – У нас такого нет.
- Значит, не было у тебя банки, - сбавила нажим Ася. – Наверное, я ее сама придумала.
- Наши миры довольно сильно различаются, я же говорил, - снова оседлал знакомого конька папин командир. – Допустим, у вас все люди плюс-минус разные, даже если принадлежат к одному народу. Вот смотрю я, русские, например, - он обвел рукой публику, собравшуюся в кофейне. Там было довольно много посетителей – и менеджеры, и студенты, и какие-то туристы, в том числе чернокожие и даже слегка фиолетового оттенка. – И со светлыми волосами есть, и с темными, и глаза всякие разные... А у нас не так. Если уж восточники – так все похожи, как братья и сестры.
- И у всех веснушки? – услышала то, что хотела Ася.
- Да. И рыжие волосы. Глаза тоже чаще всего карие, отличаются только оттенком.
- А еще кто есть?
- Ну, жители Северного Конфедерата все, как твой отец и тетка. Рослые, светловолосые и голубоглазые. Еще есть южане, хотя их совсем мало осталось.
Ася выразительно покосилась на негров, но Ковальский мотнул головой.
