Но вскоре новость приелась, радость Рут угасла. С каждым часом мужчины все больше хмелели, шутки их становились все более непристойными. Петер танцевал попеременно то с Иоганной, то с Мари, Томасу даже в голову не пришло пригласить ее. Глядя на танцплощадку, Рут убеждала себя, что этому надо только радоваться: деревянные половицы были сколочены так грубо, что можно было загнать занозу в ногу. А музыка! Больше всего на свете Рут хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать монотонное гудение труб. Она представляла себе все совсем иначе! Намного романтичнее. Она – в объятиях Томаса, с ароматным букетом в руке. Он красноречиво признается ей в любви. Мерцают свечи, играют скрипки. С другой стороны… Разве у них в деревне есть скрипки? И девушка рассмеялась над своей наивностью.
– Наконец-то ты веселишься! Я уже думал, сегодня этого не случится! – От Томаса пахло пивом, его рука, которой он поднял ее подбородок, дрожала.
– Я просто устала. Хочу домой! – крикнула Рут ему на ухо. – Домой, – повторила она, увидев непонимание на его лице.
Но затем до него наконец-то дошло. Он поднялся и так пошатнулся, что Рут пришлось поддержать его. Девушка отвела его в сторону.
– Думаю, будет лучше, если мы ненадолго отложим продолжение праздника! – крикнула она ему на ухо, но, как только повернулась, чтобы уйти, Томас грубо схватил ее за руку.
– Слово не воробей. Не думай, что я позволю снова одурачить себя, – заплетающимся языком произнес он. Он споткнулся, и Рут едва не потеряла равновесие. – Вот увидишь, я все подготовил. Будет так ррромантично! – Он захихикал, подражая акценту рабочих из Италии, помогавших при строительстве железной дороги.
– Мне больно. – Рут вцепилась в его руку, пытаясь разжать пальцы. Не думает же он, что она пойдет с ним в лес сегодня! Он ведь ужасно пьян.
– Может быть, стоит проучить ее! – крикнул Себастьян. – Некоторые бабы в этом нуждаются.
– Могу попробовать.
Вместо того чтобы отпустить ее, Томас положил руку на бедро Рут и принялся танцевать в узком пространстве между столом и лавкой.
Рут поняла, что ее жених уже не в себе.
– Немедленно отпусти меня, – прошипела она, все еще стараясь не привлекать к себе внимания. Споткнувшись в очередной раз, Томас чуть не повалил ее на землю.
Рут почувствовала, как ее захлестнула волна паники.
– Эй, Томас Хаймер! – прозвучало вдруг совсем рядом с ними.
Петер с пренебрежением смотрел на пошатывающегося мужчину.
– Пусть вы с Рут теперь помолвлены, но это не дает тебе права грубо обращаться с ней. Если она хочет уйти, пусть идет. Причем немедленно!
Если бы взгляды могли убивать, Томас в тот момент уж точно получил бы пару синяков. Перестав спорить, он наконец отпустил руку Рут.
На миг девушка растерялась, не зная, куда девать глаза. Как выжидающе уставились на них люди! Словно они наслаждались спектаклем, разыгрывавшимся у них на глазах.
Никогда в жизни Рут не чувствовала себя такой униженной. Она ведь хотела, чтобы все увидели, как хорошо они с Томасом подходят друг другу, чтобы другие женщины завидовали ей, будущей госпоже Хаймер.
Все случилось очень быстро: Томас ударил Петера кулаком. Потом, после праздника, Рут долго пыталась осознать, каким образом ему это удалось, в его-то состоянии. Петер чуть помедлил, а затем ударил в ответ. Женщины взвизгнули и бросились врассыпную. Глаза других мужчин сверкнули.
Наконец-то.
Возможно, кто-то пролил пиво, или кого-то толкнул, или посмотрел не так – внезапно поводов для драки появилось множество, и не успели люди оглянуться, как завязалась потасовка.
– Ну, как прошла помолвка твоей сестры? Или мне стоит спросить, как прошли майские танцы?
Иоганна еще не сняла куртку, а Штробель уже пристал к ней с расспросами. Обычно его совершенно не интересовало, чем она занималась в Лауше в свободное время, поэтому к подобному девушка была не готова.
Штробель захихикал.
– Позволь, я угадаю! – И он, делая вид, что задумался, поднес указательный палец к губам. – Музыка была отвратительной, праздник – убогим, а в конце все самым ужасным образом напились. Я не удивлюсь, если церемония помолвки сорвалась из-за того, что будущий супруг был пьян!
Щеки Иоганны запылали.
– Если вам обязательно нужно знать – да, это действительно было ужасно! Я вообще жалею, что пошла туда! – добавила она с такой страстью, словно это Штробель уговаривал ее пойти.
Девушка изо всех сил пыталась не обращать внимания на выражение его лица, означавшее: «А что я тебе говорил?» Больше всего на свете ей хотелось забыть об этих выходных!
– Мистер Вулворт приезжал?
Штробель кивнул. Лицо у него стало, как у кота, которому удалось попировать в бочонке с сельдью.
– Вот его заказ. Его нужно обработать сегодня же.
Ничего не подозревая, Иоганна взяла бланк, на котором записывались товары, заказанные каждым клиентом, имена производителей и сроки поставки. Но в руках у девушки вдруг оказался не один лист, а три, да еще и четвертый упал на пол.
Неужели все это – один заказ?..
