Из-за безумной инвестиционной политики прежних владельцев РБК был на грани банкротства. Талантливые руководители (они сделали действительно классное медиа!) оказались недальновидными инвесторами: они брали кредиты и вкладывали их в инструменты финансового рынка. Из-за обвала рынков в 2008 году в результате ипотечного кризиса в США основатели холдинга понесли огромные потери и не могли обслуживать долги РБК.
Не буду приписывать себе того, чего не было, – я воспользовалась знакомством отца с Прохоровым. И в декабре 2010 года попросила его:
– Пожалуйста, попроси Прохорова, чтобы он дал мне возможность пройти собеседование на РБК. Вдруг меня возьмут?
Меня действительно пригласили на собеседование и взяли на испытательный срок. Дальше все зависело от меня.
Формально моя мечта сбылась: я стала работать ведущей программы «Рынки» на телеканале РБК. Моя первоначальная зарплата была 50 тысяч рублей, что вполне неплохо для начинающего. Но я понимала: для того чтобы добиться уважения коллег и доверия зрителей, придется много работать.
Я никогда до этого не была в кадре и не вела прямые эфиры. Да, я неплохо разбиралась в финансовых инструментах, у меня было несколько аттестатов Федеральной службы по финансовым рынкам и первый уровень CFA, но тем не менее отношение ко мне со стороны коллег было предвзятым, главным образом из-за известной фамилии. Более того, к кадровым решениям, принимающимся, фактически, собственником, отношение всегда настороженное, и это можно понять.
Главным челленджем для меня было научиться держаться в кадре. Мне опять помогла Нина Зверева – в 2011 году она уже ушла из журналистики и стала профессионально заниматься обучением риторике и публичным выступлениям. Я специально приехала в Нижний Новгород, чтобы пройти базовый тренинг телемастерства.
Вместе с Ниной и ее оператором Михаилом мы пробовали разные форматы и искали наиболее подходящий. Помню, мы репетировали интервью: я должна была задавать острые вопросы Алексею Кудрину, который на тот момент еще был министром финансов России. Роль Кудрина играла сама Нина Зверева. Тогда было ясно, что диалог у меня получается лучше, чем монолог.
Позднее я занималась с главным режиссером РБК Вадимом Лисицыным – очень благодарна ему за то, что он помогал советами и всегда меня поддерживал, хоть был иногда и резок. Потом были занятия с главным стилистом Вероникой Шевченко. Иногда ведущим приходилось ходить вдоль ТВ-стены, на которой выводились разные графики. Стилист говорила, что ходить нужно красиво. Откровенно скажу: мне так и не удалось научиться изящной походке, поэтому я часто замирала во время эфира на одном месте.
Конечно, мне было страшно: прямой эфир. Никакого телесуфлера. Свободный разговор ведущих.
НЕСМОТРЯ НА СКЕПТИЧЕСКОЕ КО МНЕ ОТНОШЕНИЕ, НА РБК МЕНЯ НЕ БРОСИЛИ В ХОЛОДНУЮ ВОДУ – ПЕРВЫЕ ЭФИРЫ Я ВЕЛА НЕ ОДНА, А В ДУЭТЕ С ДРУГИМИ ВЕДУЩИМИ.
И знала: если что, меня подстрахуют. Комфортнее всего я себя чувствовала в паре с Дмитрием Волотовским, который с самого начала относился ко мне весьма доброжелательно.
Впрочем, рассчитывать все равно было нужно на себя: обычно перед эфиром ведущие договариваются между собой об основных темах и вопросах, которые будут задавать друг другу. Но не всегда.
Однажды я вела программу «Рынки» со звездой РБК Тимофеем Мартыновым. Он талантливый комментатор и очень увлеченный финансовыми рынками человек: еще когда я была «по ту сторону экрана», восхищалась тем, как он ведет – легко, динамично, интересно.
Но когда мы встали с ним в пару, он меня не пожалел. Устроил мне в прямом эфире экзамен, просил не просто пересказать корпоративные новости, а изложить свой аргументированный взгляд на перспективы обсуждаемых акций. Я точно помню, что мы подробно говорили об акциях угольной компании «Распадская». Все это было крайне неожиданно, довольно нервно, но в общем я справилась. Правда, потом долго думала, что могла бы лучше ответить на вопросы Тимофея.
Довольно скоро меня поставили вести пятничный выпуск программы «Рынки. Глобальный взгляд» – я должна была интервьюировать приглашенных экспертов.
А потом и в одиночку вести программу. Это, как я уже говорила, мой самый нелюбимый жанр.
Восемь минут монолога в прямом эфире без суфлера. Я люблю работать в диалоге, у меня быстрая реакция, и само общение меня вдохновляет. Тем не менее в какой-то момент я привыкла вести и соло-эфиры, хотя удовольствия от них получала меньше.
К концу 2011 года мнение обо мне на РБК явно улучшилось: они увидели, что я хочу работать и разбираюсь в том, о чем говорю. Я прошла испытательный срок, и мне продлили контракт – я стала уверенно себя чувствовать, подружилась со многими коллегами, а в какой-то момент и вовсе стала одной из основных ведущих РБК.
