– Что-то не так. Мы должны предупредить Слейдера, – шепнул я. Конечно, выглядели мы как пара заговорщиков, и все в комнате глазели на нас, даже штормовичка. – Здесь Джеймс Элайджа Димери.
– Он маг? – Фишер изо всех сил старалась не смотреть на пирата. – Это заговор?
– Не маг, насколько я знаю. Но он намекнул, что нам не помешала бы охрана. И с последним гостем что-то не так.
– Тогда ступайте. – Фишер кивнула в сторону двери. – Немедленно.
– Лучше вам уйти, – ответил я. – Позвольте мне остаться.
– Я – старший помощник капитана, – холодным тоном напомнила Фишер.
– Несомненно. А я – видящий.
Фишер застыла, и на минуту мне показалось, что она намерена стоять на своем, но вскоре Хелена кивнула и произнесла достаточно громко, чтобы нас услышали все:
– Хорошо, сколько еще надо?
Я с облегчением выдохнул. Значит, я ее переубедил, и у нее хватило мозгов изобразить, будто мы обсуждаем аукцион. Временами она вела себя сносно.
– Столько, сколько даст капитан, – ответил я с напускным спокойствием.
Фишер посмотрела на Каспиана и изобразила вежливую улыбку.
– Прошу прощения, покину вас на несколько минут, – сказала она, после чего поклонилась и вышла из комнаты.
Каспиан выглядел довольным. Он обменялся многозначительным взглядом со своим мускулистым спутником и поднял бокал, глядя на нас.
– За успешный аукцион!
Пять минут пролетели незаметно. Димери сидел в кресле и курил трубку. Откинув голову назад, он наблюдал за поднимающимся дымом, а Каспиан и жилистый мужчина, которого, как оказалось, звали Рэндальф, беседовали о рядовых портовых делах.
Я сидел рядом с Димери и прислушивался к беседе, пытаясь выловить хоть намек на имя незнакомца, которого мы ждем. Одновременно с этим я следил за лестницей и штормовичкой, которая безучастно глядела в окно.
Все было спокойно, пока телохранитель Каспиана, направляясь к окну, мимоходом не погладил ее по щеке. Нога женщины резко распрямилась, удар пришелся прямо по его колену. Здоровяк рухнул, точь-в-точь как мешок с зерном – если бы мешок отрастил бороду и научился орать непристойности. Пленница что-то вызывающе прорычала в ответ, но слов, конечно, мы не услышали.
Смех быстро сменился ужасом. Мужчина выпрямился во весь свой огромный рост и так посмотрел на штормовичку, что я потянулся за абордажной саблей.
Димери взглянул на Каспиана, выразительно подняв бровь.
– Мистер Рябой, – предостерегающим тоном произнес Каспиан.
Челюсти мистера Рябого заскрежетали, голова дернулась, а кулаки сжались от ярости. Он схватил стул и с грохотом переставил его ближе к окну, так, чтобы усесться рядом с девушкой.
– Пусть хоть шаг сделает, – прорычал он, растирая колено огромной ладонью.
– И вы вежливо предложите ей присесть? – предположил Димери.
– А тебе что за дело, пират? – неожиданно вмешался мужчина в парике. Это был Рэндальф.
Димери бросил на него приветливый взгляд. Если его и обеспокоило столь грубое публичное разоблачение, он себя не выдал. Невозможно оказаться в Уоллуме и не столкнуться нос к носу с преступниками всех мастей.
– Да, меня так называют, – подтвердил он.
– Седьмой в списке особо разыскиваемых ее величеством, – услышал я собственный голос. Моя рука все еще лежала на абордажной сабле, но я ослабил хватку и лишь безучастно поглаживал рукоять.
Штормовичка, похоже, заметила это. Она буквально секунду рассматривала меня, а потом перевела взгляд на Димери.
– Всего лишь седьмой? – Пират нахмурился. – Мне говорили, что пятый.
– Теряешь хватку, старик, – ухмыльнулся Рэндальф. – Тут сидит охотник на пиратов, но он даже не взглянул на тебя.
Я уставился на него. Откуда он знает, кто я такой?
Прочитав мой немой вопрос, Рэндальф пренебрежительно махнул рукой.
– У меня все еще торчит пара глаз в черепушке. Я видел «Оленя» в гавани, как и все остальные.
– Я не потерял хватку. Скорее, был занят, – сказал Димери таким тоном, что во мне снова начал оживать видящий. – Нелегко награбить столько табака и патоки, чтобы оказаться достойным места в списке Ее Величества, тем более в мирное время. К тому же, как только поднимаешься выше четвертой строчки, в форте Элмсворт для тебя готовят персональную петлю. Не то, к чему я стремлюсь.
Штормовичка вздрогнула, чем снова привлекла мое внимание. Наши взгляды встретились, в ее темно-серых, как небо во время летней грозы, с синими крапинками глазах все еще плескался гнев. Необычное сочетание, тем более для штормовички. Как правило, у них бледно-голубые глаза, порой совершенно бесцветные, что свидетельствует о слепоте.
А бывало и хуже: штормовиков намеренно ослепляли, пытаясь увеличить их силу. Это редко помогало, скорее давало обратный эффект, что не останавливало алчных работорговцев в их попытках добиться прибыли любой ценой.
Мурашки побежали по коже.
Голос Димери вернул меня к реальности:
– По крайней мере, мистер Россер узнал меня в лицо, не так ли?
Я оторвал взгляд от молодой женщины и кивнул:
– Да, сэр.
– Хорошо. – Димери опять посмотрел на Рэндальфа. – А вы, сэр, контрабандист?
Тот поджал губы:
– Торговец. «Джульетта» – мой корабль.
Димери откинулся в кресле и уперся каблуками в ножку стола.
– Неужели?
