В час, когда с его младшей дочерью произошла беда, Рюиму предложили сделку. Условия очень выгодные и отказаться – выше его сил. И он согласиться. Не только в интересах рода, но и в интересах девочки. В Кариле ей будет очень плохо. Лишившись своего дара, она стала еще более чужой для общества. И ее род не сможет дать ей ту защиту и поддержку, в которых она нуждается, по той простой причине, что за эти годы она стала чужой для своих братьев и сестер. Майя никогда не станет обычной девочкой. Она Сайори и этим все сказано. Если она вернется домой, то кто знает, возможно история повториться и их род породит очередное чудовище. Демона, уничтожающего своих врагов.
Поэтому он подписал соглашение и отрекся от нее. Мир перестанет называть ее Сайори. Она стала частью другого рода. Но значение имеет только то, что там у нее больше возможностей. Его девочке не нужно покровительство. Не нужна помощь. Сейчас она будет разбита и растерянна, но однажды она найдет новый путь.
То старинное пророчество действительно сбывается. Истинный маг из рода Сайори, что чуть сильнее человека – погасит яркое сиянье рода. И только истинный маг из рода Сайори, что чуть сильнее человека, вернет былое величие рода.
Насмешка Небес. Он знал пророчество, но даже если бы оно и не было известно – ничего не смогло измениться. В это раз выгода рода и выгода человека совпали. А Небесный план… для истинных Сайори чужие планы, от кого бы они не исходили – это пожелания, а не инструкция к действию.
И все же… как оказывается было просто расстроить ту помолвку.
Так много дел.
Великий Герцог просил об аудиенции у императора еще до своего отбытия в Карил. Он неплохо все рассчитал, однако на несколько минут все же ошибся и сейчас опаздывал.
День прошел весь в бегах и хлопотах, однако пока все шло в соответствии с его планами.
События на острове Лан ускорили его план. Согласно первоначальной задумке предложение Рюиму Сайори должно было поступить только через полтора года. Как же хорошо, что он успел подготовится заранее, и просто ждал момента.
Те проблемы с Майиным здоровьем, о которых ему сообщили… Альваресу даже думать о всех последствиях было некогда. Но некоторые из них… все процедуры по удочерению нужно будет завершить сегодня до полуночи.
Потеря магического зрения для школьницы несет не только последствия в плане ее дальнейшего восприятия мира. В мире с завтрашнего дня она будет восприниматься иначе. И законы на нее будут действовать совершенно другие.
В свои только на прошлой неделе исполнившееся семнадцать лет – она несовершеннолетняя, за которую все решает семья и школа. Сегодня она еще относится к числу магов и является ребенком. Но не завтра. Завтра, начнется ее первый день как простого человека. И девушка в семнадцать лет считается взрослой. Хоть в шестнадцать и наступает совершеннолетие, девушки по-прежнему не имеют самостоятельности, они уже считаются взрослыми. И удочерить совершеннолетнюю – это совершенно другое дело. Такой ребенок так никогда и не сможет стать полноправным членом рода сон Локкрест. Кроме того потребуется ее согласие, а Альварес был не совсем уверен, что после столь серьезной травмы она будет в порядке. Даже наоборот. Будь с ней все хорошо и примись она за свои рассуждения за и против, сон Локкрест сомневался, что чаша весов не склониться в сторону «против».
– Можете войти, – сообщил секретарь, стоило герцогу показаться на пороге.
«Зал Советов» казался особенно огромным, когда там оставался только император. Его величество очень часто разбирал доклады именно там, на возвышении, сидя на великолепном троне, за столом заваленным множеством документов. Как всегда он все еще был в церемониальном облачении.
Эта «традиция» появилась у него на третий год правления. Организм уже полностью окреп, и подобные нагрузки стали доступны.
Со стороны казалось бы, что здесь сложного? И что это за мания величия – восседать целый день после собраний министров или ассамблеи, на парадном троне, со всеми регалиями присущими правителю?
Сон Локкрест еще от прежнего императора слышал жалобы на этот роскошный предмет интерьера. Выглядит впечатляюще. Но на этом гигантском диване даже на спинку не облокотиться, настолько она далеко. И декоративные подушки разложенные рядом ситуацию не меняли.
Много часов подряд сидения на этом предмете пытки… Около десятка килограммов – это только шелка без учета короны, драгоценностей и иных регалий.
– Император – сын Небес, – просто ответил, Алфей, когда обеспокоенные Великие Герцоги попытались выпроводить его в Императорский кабинет. И взгляд при этом был у него тогда такой, что тема более не поднималась.
Император – сын Небес, и никто не усомниться, видя его там, на золотом троен в этом огромном парадном зале. Если бы это зрелище представало пред людским взором… меньше чем на священный трепет, от этого вида рассчитывать не приходилось. Но Император работал без маски, а значит вход был строжайше воспрещен.
Так для чего все это?
