Первыми спасателей вызвали те, кто хоронился в кустах, неподалеку от взорвавшегося внедорожника. Они и рассказали, что машина принадлежала Матвею Шереметеву, и вместе с ним в машину сел его друг Савелий Бестужев, а также два новичка из академии госбезопасности.
Буквально в полушаге от столовой я остановилась. Внезапно в голову пришла мысль, что там меня ждут не Сава и Матвей, а те, кто ими притворяется. Если я могу менять личины, то и другие могут. Ведь я, доверяя тем, кто рядом, не проверяю их на истинность. И тогда… настоящие Сава и Матвей могли погибнуть в Москве.
Это так меня напугало, что от страха я покрылась липким потом. Сердце бешено заколотилось, задрожали руки. Я сглотнула и шагнула в столовую, держа наготове плетение, разрушающее чары.
И тут же столкнулась с Матвеем и Савой, спешащим мне навстречу. Меня обдало их тревогой, нервы не выдержали, и я шарахнула по ним магией.
Ничего не произошло. Их лица не изменились, разве что вытянулись от удивления. Я едва сдержалась, чтобы не броситься на шею к Матвею со слезами радости. Это они! И они живы.
— Что происходит? — спросил Сава.
Я обвела пустую столовую взглядом.
— Няня увела детей, — объяснил Матвей. — После того, как здесь побывал мужчина. Вероятно, муж хозяйки.
— Когда мы представились, он вытаращился на нас так, будто мертвяков увидел, — добавил Сава. — И сбежал, велев няне забрать детей.
— Так и есть, мертвяки, — всхлипнула я, выдавая свое состояние.
— Можно поподробнее, — немного нервно попросил Сава.
— Сейчас расскажу. Матвей, ты ключи от машины кому-нибудь оставлял?
— Нет, — ответил он. — А почему…
— Муж… — Я вздохнула. — Он не просто так домой вернулся раньше времени. Он с новостями вернулся. С его слов, в Москве взорвана машина Матвея Шереметева, вместе со всеми нами. То есть, вы представляете, что он испытал, увидев погибших в своем доме? Сейчас ему там… объясняют, что к чему.
— Ты поэтому нас… — догадался Матвей.
А Сава бросился в соседнюю комнату и потребовал от первого попавшегося слуги отвести его к телефонному аппарату.
— Ты бы тоже дедушке позвонил, — сказала я брату. — Он же думает, что ты погиб.
— Сава Александру Ивановичу звонить будет, не отцу, — усмехнулся Матвей. — Так что дед сразу узнает, что я жив.
Я согласно кивнула. Обо мне вот никто плакать не будет. Только Александр Иванович, пожалуй, расстроится, что его грандиозные планы накрылись медным тазом. А, может, и Сергей Львович, тоже.
— Ты как? — спросил Матвей. — Как… поговорили?
— Все нормально. Я позже расскажу.
Сава продолжал перепираться с прислугой, что не хотела пускать его к телефону без разрешения хозяев дома. Вежливо так, внешне даже спокойно. Но я чувствовала, что он вот-вот взорвется.
— Слушай, может Исподом в Козельск? — шепнула я Матвею. — Или пусть сам отчитывается, а мы его где-нибудь подождем.
— А ты разве все? Узнала все, что хотела? — удивился он.
— Узнала, что смогла. Больше разговаривать не о чем.
К Ване мать меня не подпустит. Налаживать отношения, учитывая открывшиеся обстоятельства, я не хотела. Так о чем с ней еще говорить?
— Прямо из дома в Испод не уйти, — сказал Матвей. — Если ты не хочешь сообщить всей округе, что в поместье гостил эспер.
Я поморщилась. Но тут к Саве вышел хозяин дома и пригласил его в кабинет, где и находился телефонный аппарат. А Ульяна Ильинична присоединилась к нам с Матвеем.
— Прошу простить моего мужа, новости из Москвы его взволновали, — сказала она.
— Почему? — довольно грубо поинтересовался Матвей. — Вы не поддерживаете связь с Бестужевыми и Шереметевыми.
— Во-первых, молодой человек, я знала вас малышами, — насмешливо ответила ему Ульяна Ильинична. — Мне запретили появляться в высшем свете, но не лишили памяти. Во-вторых, Шереметевы прибрали к рукам богатства Морозовых, а Бестужевы заняли их место возле трона. Мой муж знает об этом, и считает вас врагами нашей семьи. Полагаю, вы понимаете, что это… просто позиция. Реальной угрозы он не представляет.
— Понимаю. Прошу прощения. — Матвей склонил голову. — Мы покинем ваш дом немедленно.
— Дождь еще не закончился. Муж довезет вас до города. Ты… — Она посмотрела на меня. — Ты ведь все им расскажешь?
— Да, — подтвердила я. — Это мои друзья.
— Тогда я скажу сейчас…
— Попросишь не возвращаться? — перебила я. — Не вернусь. И Ваню не потревожу.
«До тех пор, пока не докажу невиновность отца», — добавила я про себя.
— Спасибо, — сказала мать. — Но, может… ты оставишь свой адрес?
«Зачем⁈ — хотела воскликнуть я. — Мы чужие люди!»
Но вслух сказала иное.
— Академия госбезопасности. Михайлов Ярослав.
— У тебя нет своего жилья? — удивилась она. — Даже комнаты?
— Какое тебе до этого дело?
Я устала вести себя вежливо. Хорошо, что поиски матери не заняли много времени. И что они не были напрасными. Теперь я знаю о Ване. И есть зацепка — Сергей Львович. Надо будет обсудить с Матвеем и Савой, как к нему подобраться. Хорошо бы и с Леней…
В столовую вернулся Сава.
— Поехали, — сказал он. — Дождь стал слабее. Нас до города подбросят.
