— Мне было тринадцать, — обиженно напомнила она. — Их было четверо. Они подловили меня и заперли в старом сарае на территории заброшенного интерната. Он находился почти на отшибе города. Как бы то ни было, они связали меня и бросили туда, а спустя пару минут все уже начало заволакивать ядовитым дымом. — Элениель содрала руку о кору дерева, когда споткнулась и врезалась в него. Она осмотрела порванный участок ниже плеча. — Твою мать. Наверное, загноится.
— Ну и что было дальше? Как ты выбралась?
— Как выбралась, как выбралась… — девушка вытащила кусочек коры из ранки. — Сарай был старый и сухой, поэтому вспыхнул в считанные секунды. Знаешь, когда я вчера ворвалась в тот дом, на мгновение мне показалось, что я вернулась в прошлое. Вот только тогда я не знала, что выживу. Я лежала и задыхалась в этой огненной ловушке, пока не начала понимать, что от жара веревки ослабли. Быстро освободившись, я поняла еще кое-что: огонь, полыхавший вокруг, не причинял мне сильного вреда. Небольшие ожоги по непонятной причине начинали исчезать сразу же после появления. Самой большой проблемой оставался жар и ветхая конструкция, которая уже начала распадаться, поэтому я ринулась к выходу прямо сквозь огонь.
— Держу пари, те пацаны обделались.
— Какие пацаны?
— Которые отволокли тебя туда… или я что-то не так понял?
— Жестокость не имеет половой принадлежности. Двое из них были девчонками и да: они знатно удивились, увидев меня. Так удивились, что даже не пошевелились, когда я, обгоревшая, прошла мимо них.
Они вышли на опушку, с которой хорошо была видна гильдия.
— Ты твердо уверена в том, что собираешься сделать?
— Мне придется, хоть это и полный отстой.
— Приползла, значит, элларское отрепье?
Их окружили трое мужчин, во главе которых царственно шагала Шайа. Волосы, заплетенные в дреды, были собраны в высокий хвост. Она насмешливо осмотрела девушку, поигрывая языком с колечком, продетым через ее губу.
— Слово "эллар" не склоняется, идиотка. В следующий раз лучше промолчи и не позорься.
— Я же говорила Аргасу, что гордость не даст тебе сбежать. Я рада этому, — Шайа достала кинжал и покрутила им в руках, — теперь-то я оторвусь как следует.
— У меня нет на тебя времени. Найди себе нору поглубже и сдохни там в одиночестве. Не стой у меня на пути.
— Что так? Неужели эллар испугался?
— Элениель, не ведись…
— Даррен, не лезь.
Мужчина покачал головой и достал свой меч. Тяжело же ей придется по жизни, если ее и дальше будет так просто взять на "слабо".
Эта Шайа была отличным бойцом, не без досады думала Элениель, отбивая очередную атаку. Ей удалось достаточно вымотать ее, и даже оставить неглубокий порез на руке, что совсем испортило настроение.
— Похоже, всей твоей спеси хватило только на то, чтобы свести бедного Аргаса с ума. Поиграла в строптивицу, охмурила бедолагу. Мужчины такие слабые…
Элениель уклонилась от ножа женщины, и тот с тупым треском врезался в ствол дерева. Воспользовавшись этим, девушка дернула ее за руку и заехала с локтя в нос. Послышался красноречивый треск, но Элениель не остановилась и нанесла еще несколько ударов по лицу.
— Аргас не тот мужчина, которого можно так легко облапошить. — девушка прижала Шайю к дереву и выбила нож из руки. Потеряв на секунду концентрацию, она ощутила сильный удар в живот и толчок. Лени замахнулась рукой и зазубрины дентайра проскользнули всего в паре миллиметров от лица. Сначала она не поняла, почему Шайа схватилась за лицо и пронзительно завопила, но, когда она отняла руку, Элениель посмотрела на кинжал: на лезвии дентайра висело погнутое окровавленное кольцо из губы соперницы.
— Интересно получилось, хотя, признаться, я этого не планировала.
Ей не суждено было услышать ответ обезумевшей Шайи, потому что сильный удар в темечко заставил свет в ее глазах померкнуть.
Даррену никогда не нравилась шайка Шайи. Он не стал сильно увечить их, потому что, по сути, делить им было нечего. А вот разборка Элениель и командирши вряд ли обойдется малой кровью. Даррен не работал с Шайей, но был наслышан о ее подвигах.
Как однажды сказала Элениель: "Существует две вещи, в которых я себя не контролирую: секс и разборка" Насчет секса он верил ей на слово, но насчет разборок он не раз наблюдал это воочию. поэтому темнокожую пантеру можно только пожалеть: там, где Элениель не добирает в силе, на выручку всегда приходят ловкость и упрямство.
Черт, куда они подевались? Он прочесывал окрестности, но нигде не было ни одного признака их присутствия. Прошло не так много времени, чтобы они, в порыве жажды крови, углубились в джунгли, а это значит, что они должны быть где-то под носом.
Но почему не слышно звуков борьбы? В одном месте трава была притоптана, на ней были неприятные следы крови. Даррен присел на корточки и увидел дентайр Элениель, воткнутый в землю. Он осторожно вытащил его и заметил небольшую сережку на его зубце.
Едва сдерживая ярость, он быстро поднялся и рванул в гильдию.
— Где этот упырь?
Даррен ворвался в кабинет Лидера, не беспокоясь о том, что дверь от его пинка жалобно пискнула и слетела с петли.