— Я не буду с тобой спорить хотя бы потому, что незнакомец с холма говорил об этом же… Из вас двоих к тебе мне веры больше.
Она бежала уже третьи сутки. Ветер усиливался, поднимая все больше песка, мешающего ясно видеть.
Оказавшись возле огромного валуна, непонятно каким образом оказавшегося в голой, пустынной местности, и сделав несколько глотков теплой воды, она плотнее обмотала длинный шарф вокруг лица и накинула на голову капюшон, оставив малюсенькую щель для глаз. Эта пустыня отличалась от тех, что были в мире людей. Здесь не было аномальных перепадов температуры в зависимости от времени суток, да и оазисы встречались гораздо чаще. А еще здесь "живут" они…
Кьяра поправила перчатки, обтянула серую водолазку, проверила крепление раскладного копья, пристегнутого к спине, и вновь бросилась в погоню. Эти твари опережают ее всего на час. Но и он может стать роковыми…
После ее возвращения прошло уже несколько лет, но старейшины не спешат сменить гнев на милость. Конечно, в ее мире два года приравниваются к году в мире людей, и она могла бы принять это, если бы не ее участь.
Девушка поморщилась. Мерзкие старики! Один-единственный промах, решившийся, кстати, положительно, перечеркнул всю ее жизнь, всю ее карьеру, и сослал в Мертвые Пустоши — нести наказание. Она могла входить в Деревню Проводников только два раза в месяц — и то, чтобы пополнить запасы. Немногочисленные жители сторонились ее, точно прокаженную. Поэтому Кьяра всегда старалась как можно скорее покончить с делами и вернуться в уже родные "хоромы", которые на самом деле были наспех сбитой деревянной хижиной с узкой неудобной кроватью и кое-какими удобствами.
Она все здесь ненавидела: это небо без солнца, но сменявшее свои краски подобно небу в любом другом, более красочном мире; ненавидела сухую, покрытую глубокими трещинами землю, и этот ветер, делавший жизнь здесь невыносимой. Здесь никогда не менялась погода, а из растительности пейзаж разбавляли несколько сухих стволов деревьев, одиноко разбросанных вдали друг от друга.
А ведь когда-то она была на хорошем счету… В юности ей не приходилось ловить звезд с неба. Ее родители ушли, когда ей исполнилось одиннадцать, и с тех пор Кьяра научилась отвечать сама за себя, не полагаясь ни на кого постороннего. Она знала, куда они ушли и для чего, и должна была бы гордиться. Но гордости не было. Не было и обиды. Ей было наплевать на их существование, даже когда они жили под одной крышей, не говоря уже о самостоятельной части ее жизни.
Она усердно училась, но никогда не была зубрилой. Ее всегда больше интересовали тренировки. Она училась у лучших — у Охотников. Эти анахи отличались от остальных отчужденностью, и даже свирепостью. Они многие годы занимались охотой на Отрешенных, а для этого требовалась немалая физическая сила. Когда ей исполнилось пятнадцать, она потребовала у их предводителя помощи в тренировках. Этот немногословный, суровый анах счел такую наглость смелым поступком и согласился, но при одном условии: после ее полного обучения она навсегда примкнет к Охотникам.
О большем она и не просила.
И первое, что она сделала — разорвала все связи с прошлой жизнью. Стать призраком, тенью, воспоминанием… Что ж, с этой частью она справилась прекрасно.
Кьяра всегда держалась особняком. Друзей она воспринимала как ненужный балласт, который рано или поздно утянет ее на дно, а любовь… Этого слова не было в ее словаре.
Конечно, у нее были мужчины, она ничего не имела против здорового секса. Но как только она замечала, что партнер начинает относиться к ней не просто как к любовнице, а более трепетно и нежно, ее интерес к нему тут же затухал, словно слабый огонек свечи при резком порыве ветра…
Она споткнулась о камешек, чертыхнулась, и вновь ускорилась. Нужно добраться до Предела. Скорее. Добраться. До. Предела. А иначе быть беде… Обогнув песчаный холм и пробежав еще несколько километров, она, наконец, заметила их: три высокие, бесформенные черные фигуры, чьи тела словно состояли из смеси тумана и черной слизи, находились в опасной близости от Предела.
Ближе.
Девушка развила максимальную скорость.
Ближе.
Ловким движением руки она достала копье и, использовав элемент неожиданности, оттолкнулась от рядом лежащего камня и на полной скорости ударила в спину одному из мерзавцев. Тварь взревела, и со скоростью, не свойственной таким громадинам, развернулась к ней мордой и нанесла удар своей громадной лапой. Кьяра не успела увернуться, поэтому удар отбросил ее назад вместе с оружием на несколько метров. Перекрутившись несколько раз на спине, она приподняла голову и увидела, что ублюдки движутся в ее направлении. Сделав кувырок в сторону, она схватила копье и приготовилась к атаке ближайшей твари. Ублюдок изрыгнул из себя какое-то противное на вид щупальце, которое тут же бросилось на девушку. Цель была смешной, и Кьяра быстро с ней справилась, проколов бедолагу насквозь.