Наблюдая, как суетятся личный помощник и еще несколько чиновников, Лени мысленно пообещала наградить себя конфетой за превосходную актерскую игру. Такой номер не прошел бы в более крупном городе, например, в столице королевства, Ольменто. Там подобная заносчивость встречается на каждом шагу, и на такие капризы просто не реагируют. Но встреча с городничим ничем не помогла, т. к. даже внушительная взятка, которую она ему сулила, не могла заставить его сказать то, чего он банально не знал, а именно — имя покупателя…
Выходя через несколько минут из здания, Лени вновь превратилась из заносчивой богачки в женщину, на чью жизнь накануне покушались.
Как в бывшей пыточной камере в окраинах Тэррэна оказалась девушка с Гранс-Ареолы? Сколько времени она провела в том подземелье? Почему ее не убили сразу, а решили это сделать руками ни в чем не повинной наемницы?
***
Элениель ворвалась в номер и увидела девушку сидящей в кресле, но когда Элениель хлопнула дверью и быстро пошла к ней, Триша подскочила на ноги и попятилась к окну.
— Говори, кто ты такая?
— Мисс…
— Не трать мое время! Вчера кто-то пытался убрать тебя моими руками, и отвалил по такому случаю кругленькую сумму. Я слишком ценю свою жизнь, и то, что ты могла стать причиной моей преждевременной кончины, не добавляет тебе популярности, поэтому я хочу знать ответы всего на два вопроса: "Кто мог хотеть твоей смерти?" и "Как твое спасение отразится на мне?"
— Все очень…смутно. — Отчаяние и страх, застывшие в глазах Триши, заставили Элениель немного поостыть, и отступить назад.
— Как так?
— Около недели назад я очнулась в городе Орсбург, на одной из лавочек близ диспетчерской. Я очнулась в том плаще, с горстью монет в кармане, а когда постепенно стала осознавать, что вообще происходит, я…я поняла, что ничего не могу вспомнить. Только имя "Триша", имя моего друга и его адрес в портовом городе Тунор. Я помню его, помню, что мы дружим, и что он всегда помогал мне, но не помню, как мы познакомились. — Триша обняла себя и растерянно начала ходить по комнате. — Почему я помню подробности о постороннем человеке, и даже его адрес, а о себе запомнила лишь имя? Помню имя своего мужа…Жоэль. — Девушка остановилась и посмотрела на Элениель. — Моего мужа зовут Жоэль. Но я не помню его. Не помню, как он выглядит…. Это вгоняет меня в отчаяние.
— Обалдеть. — Элениель прекрасно помнила то чувство, когда почти год назад перед ней предстал весь мир, и она не знала, куда податься. — Значит, ты решила идти в Тунор?
Триша кивнула.
— Я долго просидела на лавке. Слезы сменялись немым отчаянием, потом снова приходили слезы, а потом…потом несколько человек положили возле меня по паре золотых монет. Меня это тронуло до глубины души. Милостыня от тех людей настолько поразила меня, что даже осушила слезы. Я восприняла это как призыв к действию, и вошла в здание диспетчерской. Там было так много людей — не протолкнуться! И все друг друга перекрикивали, что-то спрашивали, кто-то с кем-то спорил…. Большинство людей выглядели, как с картинки, но вели себя, как дикие павианы! Ой, я не должна была так говорить! — Спохватилась Триша, и прижала ладонь ко рту. — Это ужасно грубо с моей стороны!
— Зато в самую точку попала.
— Я сорвала это со стены. — Триша порылась в кармане пальто, которое так и валялось в углу, и, достав сложенную в несколько раз бумагу, протянула ее девушке.
Элениель присела на край кровати, и узнав на бумаге карту Эттенберга, принялась ее изучать.
— Не самая удачная карта, — пробормотала Элениель, бегая по ней глазами. — Границы сильно обобщены и размыты, но, в принципе, для пассажирских перевозок они вполне подходят. На, держи. Так что было дальше?
