Роанна была рада уже тому, что хозяйка дома не сильно ей докучала. Видимо, господин Карпентер сдержал слово и как-то приструнил свою мать. И хотя она не упускала случая сказать Роанне гадкое слово при встрече, обругать или обозвать, но работать в мастерской не запрещала. А Роанна была рада и этому.
Через три недели господин Карпентер выплатил первое жалование, на которое Роанна купила новую куртку и сапоги для Льена. А еще через две недели — теплый плащ для себя. Мастер платил исправно; денег хватало и на продукты, и на покупку бьгговых вещей, вроде новой сковороды или посуды.
Однажды, ранним морозным утром в дверь постучались. За дверью обнаружился высокий человек, прикрывавший половину лица — видимо, от ветра, — полой шерстяного плаща. Коротко бросив «доброе утро» и «это вам» он протянул Роанне слегка мятый конверт, скрепленный восковой печатью, при виде которой она обомлела. Силуэт волкодава. Поместье «Северные псы». Бабкино поместье. И надпись на конверте выведена бабкиной рукой — крупные, чуть кривоватые буквы: «Моим внукам, Роанне Хилл и Льену Кайнд».
Когда Роанна опомнилась и подняла взгляд, человека и след простыл. Единственное, что она успела рассмотреть — изумительные глаза в обрамлении густых ресниц: холодные, голубые и прозрачные, как лед.
Вечером, вместе с Льеном, они распечатали конверт. Роанна взялась читать вслух.
«Дорогие мои сбежавшие внуки!
Не спрашивайте, как я нашла вас. Скажу лишь, что было нелегко. Но найду еще раз, коли понадобиться, слышите? Поэтому даже не думайте снова сбежать!
Занесло, вас, признаюсь, далече. Какая-то деревушка на краю страны… Еле-еле разглядела ее на карте — маленькая точка, даже без названия. Признаться, сначала думала, будто мушиный помет…»
Роанна вздохнула и оторвалась от чтения. Льен откровенно фыркнул и рассмеялся. Бабка в своем репертуаре! И да — раз уж она задалась такой целью, она отыщет их и на краю света.
«Не думайте, что я буду принуждать вас вернуться. Живите, где хотите, если вам там больше нравиться. Но… Ронни! Что ты там себе придумала, дурочка?
Неужели ты всерьез решила, что я буду принуждать тебя делать… то, чего ты не хочешь?»
— Ты часто заставляешь меня делать то, чего я не хочу, — насупившись, встрял Льен.
— Это другое, — мягко возразила Роанна. — Это взрослые дела, ты не поймешь.
— Она хотела заставить тебя сделать что-то нехорошее, да?
Роанна сглотнула. Как рассказать об этом мальчишке-подростку? Да и надо ли…
— Нехорошее. Я так думаю… думала. Теперь не знаю. Может, бабушка и была права. Если бы я послушалась ее, нам не пришлось бы скитаться, мерзнуть зимой без дров, голодать…
Да, если бы Роанна послушалась, ничего бы не было… Они бы сейчас жили в поместье, как у богини за пазухой. Она помогала бы бабке плести собачью шерсть, ездила бы с ней на вызовы к больным, составляла лекарства, помогала Огар-ла на кухне… Но ведь невозможно, невозможно согласиться на такое!
— Читай дальше! — попросил Льен, видя, что она ушла вслед за мыслями далеко- далеко.
«Льен, твоя Пума выросла и стала настоящей красавицей. Ходит за мной, как хвостик, правда, в лабораторию я ее не пускаю — перебьет все склянки, но она хитрая, как и все кошки, так и норовит найти лазейку!»
Льен вздохнул. Котенка бабка подарила ему на день Воды. А через месяц они сбежали.
«Огар-ла так и не научился готовить твои пирожки с брусникой, Ронни. Жалуется, будто начинка у него вытекает, а тесто не подрумянивается. Спрашивает, сколько сахара ты кладешь для густоты. Напишешь?»
А ведь что-то у Роанны получалось готовить лучше, чем у Огар-ла. Пирожки, например. Они у него всегда подгорали…
«Сальке, Ману и Балю нужен четвертый игрок в кости. Часто вспоминают, как они играли с Льеном. Зарий не соглашается садиться с ними за стол ни в какую. Говориг, они жульничают!»
А вот у Льена выходило хорошо. Роанна сама видела. Братец живо подмечал, кто специально зажимает кубик так, чтобы выпадало нужно количество очков. И счигать для этой игры он умел отменно. Да еще пересчитывал за каждым! Они часто, развлекаясь, играли на желание и Льену это нравилось. Бабка не запрещала играть, напротив, поощряла, понимая, что так внук выучиться счету гораздо быстрее, нежели в школе.
«Я наняла помощника для Огар-ла. Он давно жаловался, что не справляется. Мальчишка, года на четыре старше Льена. Неумеха, каких еще поискать! Но ничего, я из него сделаю отличного работника! Вернее, сделала бы, если бы он не сбежал неделю назад. Мы пытались искать, но бестолку…»
А вот это странно. Что-то она не договаривает. Бабка никогда не брала работников просто так. Должна была быть веская причина, чтобы она наняла этого мальчишку. И силой она никого не держит. Но чтобы сбежал… Даже они с Льеном, когда уходили, записку оставили, чтобы бабка не сильно волновалась. Что у них там твориться?
«По весне собираюсь покрыть Мелиссу. Мой Хвощ давно ходит вокруг нее кругами, жеребцует, негодник. Славное будет потомство!»
Мелисса… Ее серая послушная кобылка. Как она там без нее?