Выучив для начала три молитвы, Онирис стала приходить в Дом Света вместе с госпожой Игтрауд. Однажды, закрыв глаза и начав произнесение первой молитвы, она вдруг очутилась в золотистом, светлом пространстве, и хотя рядом никого не было, она ощущала, что это пространство — живое и разумное, оно смотрит на неё доброжелательно и ласково. Это был огромный, просто бесконечный разум! Он превосходил звёздную бесконечность Эллейв в неисчислимое множество раз, а сама Онирис была просто пылинкой... нет, сотой долей пылинки по сравнению с ним! И, тем не менее, эта пылинка была важна для Великого Разума, потому что он состоял из таких частичек. И он любил каждую из них, а они возносили ему свою любовь. Это было прекрасное и мудрое, удивительное устройство, от которого захватывало дух, душа переполнялась восхищением и светлым восторгом. Онирис хотелось сказать Великому Разуму, что она тоже любит его, но губы её не слушались — точнее, у неё вообще не было губ. И она сказала это... сердцем? Душой? Каков бы ни был её орган речи, Великий Разум это тотчас услышал, и Онирис в тот же миг затопило такой сладостной благодатью, что она была готова разорваться на тысячи сверкающих искорок-слезинок... Слезинок счастья и любви, восторга и упоения. И хотя слов она не слышала, она знала, что это Великий Разум говорит: «Я тоже люблю тебя, дитя моё».
Но она лишь условно называла это сияющее пространство Великим Разумом. Это могла быть и Великая Душа, и Великое Сердце, и Великое Сверхсознание. Она толком не знала, как его назвать, это понятие просто отсутствовало в её языке, она просто ощущала его всем своим существом, а оно окутывало её со всех сторон. Она была частью его, оно было и в ней как часть её самой. Крошечная искорка-вселенная у неё в груди... В несуществующей бесплотной груди. Частица, в которой всё было ещё более крошечным, чем она сама: крошечные деревья, дома, люди... И, возможно, она сама для них была огромным божеством! Онирис попыталась тронуть, приласкать эту искорку в себе, и из той заструился свет ответной привязанности. Крошечные обитатели её внутреннего мирка были счастливы и довольны, они купались в её любви.
Она попыталась найти Эллейв, и ей это удалось. Та стояла на палубе и смотрела в подзорную трубу. А вот и Эвельгер... И его боль внутри, от которой она так и не смогла его исцелить. И её захлестнуло отчаянное желание непременно это сделать!
— Осторожно, дорогая, без защиты нельзя, — услышала она голос госпожи Игтрауд. — Как только мы её тебе поставим, ты сможешь работать с болью безопасно.
Онирис тут же ощутила своё тело, которое стояло на коленях в Доме Света перед статуей. Она чувствовала себя как телесное существо, но её не покидало и присутствие Великого Разума, а внутри мерцала искорка её внутреннего мирка. У неё появились губы, которыми она смогла пробормотать:
— Что это... было?
— Ты сама вошла в состояние медитации, дорогая, — ласково ответила госпожа Игтрауд. — Тебя даже учить не пришлось. Ты всё ещё в ней, но уже почти вернулась, потому что чувствуешь тело. В этом состоянии ты даже можешь двигаться, ходить, заниматься своими обычными делами. Это полу-медитация. В ней открывается канал связи, по которому можно общаться на расстоянии с теми, кто также владеет этим способом. Сейчас я приглашу к нам матушку Аинге, это моя духовная наставница. Не пугайся и не смущайся.
Спустя мгновение Онирис услышала голос в голове:
«Здравствуй, дитя моё. Ты оказалась очень способной ученицей, по наитию ты делаешь то, чему обычно нужно специально обучаться. Очевидно, у тебя есть способность черпать сведения из Всеобщего Поля. На этом поле растут цветы знаний... И твоя душа сама находит нужные тебе».
От этого голоса, зрелого и глубокого, текучего, как струйка мёда, Онирис вся обмерла в приятном оцепенении, совсем не испугавшись. Она тут же узнала его: это была та самая жрица, которая проводила их с Эллейв свадебный обряд. Не зная, как нужно отвечать, Онирис произнесла вслух:
— Здравствуй, сиятельная матушка! Да пребудет с тобой Свет Источника!
Матушка Аинге услышала её и ответила:
«И с тобой пусть Он пребывает, дитя. Ты умница. У тебя всё получается! Отвечать ты мне можешь не только голосом, но и мысленно. Этот способ даже быстрее и точнее, потому что опускается этап облечения мыслей в слова».
«А можно спросить, сиятельная матушка?» — попробовала Онирис мысленный способ.
