Не всех "палачей" я знала в лицо. Но. благодаря Ивану многих мне довелось увидеть на фото которые с маниакальной одержимостью, он собирал в большую коробку из под обуви; воспоминания о грешной жизни до Культа. Некоторых я просто знала по описанию, надо отдать должное Ивану, очень точному. Всего этого было вполне достаточно сейчас, чтобы понять , что к местной группировке эти парни не принадлежат вовсе. Но и это пока меня не насторожило. Явно криминальные элементы, забредшие на чужую территорию, как бы, не моя проблема. Долго оставаться здесь незамеченными у них не получится, от «палачей" не ускользнет даже нарушившая их границы птичка, не то, что целая группа. Но сейчас они могли вполне стать на время и моей проблемой тоже.
Почему лилиту почти не испытывают страх за собственную жизнь? Мы редко становимся жертвами, мы охотимся сами. Что может сделать с нами маньяк в подворотне? Он сам рискует встретиться со своим психическим заболеванием в самой страшной форме под воздействием чар или же , если лилиту пожелает повеселиться быть сломленным , изнасилованным и выпитым до дна. Наши жертвы могут сойти с ума от желания и быть грубыми, но изнасиловать лилиту, причинить ей боль весьма затруднительно. Секс для нас это пища, а если голод насыщен. то жертва теряет сознание раньше, чем успевает навредить физически. Попытки причинить физический вред демону фатальны для жертвы . О групповых изнасилованиях я даже не задумывалась никогда. Я знала, что с человеческими женщинами такое случается и что порой полученные повреждения могут отправить их на больничную койку. Но тело лилиту в этом плане способно вынести многое. Мы можем воспринимать любой размер, нам никогда не требуется смазка и у нас не случается рвотных позывов во время орального секса. К тому же процесс поглощения энергии делает максимально приятным любой дискомфорт. Даже при БДСМ сеансе не потребуется " стоп - слова"(прим 3) , а раны залечиваются от прилива голода как у киношного оборотня. Правда остается факт морального унижения и подавления воли ,даже лилиту не хочет всякого и каждого. Для некоторых из нас групповой сеанс это скорее эксперимент , чем потребность. Но поскольку я не принадлежала к этой категории, во избежание любых возможных опасностей я пользовалась своей магией. А навести чары на толпу при желании так же просто ,как и на одного человека.
Приближающиеся ко мне люди все без исключения были мужчинами и точно также все от первого до последнего оставались безучастны к моей магии. Целая толпа, с которой мне не справиться! Но я пока еще и не подумала испугаться. Правда, кроме демонической самоуверенности у меня имелся набор человеческих инстинктов, все же на половину я человек, один из которых - самосохранение. Он и заставил меня медленно отступать назад. Это значило пятиться прямо к тем двоим, что стояли у мусорных баков. Из двух зол выбираешь меньшее. Но я об этом не думала и потому пятилась не долго. Я даже не успела обернуться, чтобы посмотреть что же они сейчас делают, как оказалась схвачена под локти двумя парами крепких мужских рук. Они времени не теряли. У того , что крепко держал меня за левую руку было узкое и длинное лицо с выпирающим островком жидкой растительности на подбородке, синеватые скулы. мешки под глазами и тусклый неопределенный цвет глаз, то ли серый с примесью охры, то ли цвета покрытой коростой меди. Все это придавало ему вид болезненный и изможденный, а вот волосы обрамляющие лицо, буквально льющиеся из-под капюшона свободными водопадами оставались здоровыми и блестящими. Второй мужчина был крупнее и шире в плечах, одежда на нем не висела как на первом, скорее напротив бугрилась на бицепсах, талии и рельефном животе как у " качающегося". Лицо его было квадратным, а тонкие губы плотно сжатыми, брови густые, черные сдвинуты так сурово и в глазах блестели волны неподдельного гнева, бросая блики на окутанные предрассветной дымкой предметы. Он держал меня слабо, едва касаясь запястья и женское, оскорбленное чутье мне подсказывало , что я ему непросто не нравлюсь, а отвратительна до крайности или же он боится меня до жути.
Из шестерых приближающихся грациозным шагом гепардов примечательных лиц не было. Они все были чем-то схожи, но при этом различались. Двое из них оказались блондинами: один тот, что в бандане с черепами, его волосы спадали на плечи волнистыми прядями. А второй . коротко стриженный смахнул свой капюшон рукой . Про остальных же судить было трудно. Они явно не желали быть узнанными, но я успела разглядеть, что двое из них с растительностью на лице, а еще у одного лицо было круглым и очень румяным. В остальном они оставались настолько непримечательными насколько и хотели.Всех их объединяло лишь одно, при явно дурных по отношению к о мне намерениях, в чем сомневаться не приходилось, лица их оставались бесстрастными. Они окружили меня как голодные зомби подчиняющиеся гуру вудуисту, столпились вокруг в ожидании и казалось бы, они просто не могут меня сожрать не получив от кого-то прямой приказ.
