Дочери Уильяма Меллвила – красивые и богатые наследницы крупного модного бизнеса, но за блестящим фасадом каждой из них кроются свои тайны.Умная и амбициозная Элизабет с легкостью манипулирует людьми, но не может добиться внимания единственного важного для нее человека. Нежная и наивная Кейтлин, рожденная вне брака, стремится вписаться в мир элит и при этом остаться собой. А сногсшибательная и избалованная Эмбер питает слабость к плохим парням и вечно попадает в передряги.Девушки пытаются найти собственную судьбу, но, когда над модной империей Меллвилов нависает угроза, их пути снова пересекаются.Большая сентиментальная история о семейных драмах и моде в духе «Санта-Барбары» и «Династии».
© Tara Hyland, 2010
This edition is published by arrangement with Darley Anderson Literary, TV & Film Agency and The Van Lear Agency
© Соломахина В., перевод на русский язык, 2023
© Издание на русском языке, оформление.
ООО «Эвербук», Издательство «Дом историй», 2024
По Итон-сквер торопливо шла молодая женщина. Уже в четвертый раз за час. Точно в четвертый – сама считала, и, судя по всему, полицейский, дежуривший на углу, тоже. Женщина выпрямилась, высоко подняв голову, будто сама только что вышла из изящного оштукатуренного особняка, которыми славилась Белгравия. Куда там! По дешевенькому пальто и потертым митенкам было ясно, что Кейти О’Дуайер здесь делать нечего.
Дойдя до середины улицы, она замедлила шаг и остановилась перед величественным особняком в георгианском стиле. Как две капли воды похожий на соседние, дом был выкрашен в девственно белый цвет и возвышался на шесть этажей. За кованой железной оградой начинался аккуратный садик. Крыльцо из пяти мраморных ступеней венчала массивная черная дверь с тяжелым медным молотком, который горничная старательно начищала до блеска каждую среду. Кейти хорошо знала заведенный порядок, хотя в доме не жила – и, откровенно говоря, официально никогда там не гостила.
Кейти сразу поняла, что хозяин еще не вернулся. В доме светилось только подвальное окно, где жила прислуга, – сквозь тюлевые занавески мерцал экран телевизора. Вверху, где жил он, царила тьма. Так хотелось постучаться и попроситься подождать его в тепле, но не рискнула – что люди скажут. Она уселась в парке на скамейку, холодную и жесткую, однако оттуда ясно был виден дом, а ждать… ждать везде одинаково.
Заморосило. Кейти невольно улыбнулась. Чуть больше года назад, вечером, когда она добралась до Англии, также шел дождь. Вспомнила, как ступила на пристань в Холихеде, борясь с тошнотой, и ощутила первые капельки на коже. Она тогда представила, что дождь принесет очищение, смоет воспоминания о жизни в Ирландии и откроет перед ней будущее.
Не сказать, что дома жилось плохо – просто скучно. Выросла она в западной Ирландии в деревеньке графства Мейо, где придерживались старинных традиций, единственный ребенок чрезмерно заботливых родителей. Пятнадцать лет у них не было детей, и они почти потеряли всякую надежду, как вдруг после маминого сорокалетнего юбилея на свет появилась малышка Кейти. Дар божий. Они носились с ней, как с хрупкой вазой, которая того и гляди разобьется. Когда Кейти исполнилось восемнадцать, она жаждала свободы и приключений, мечтала побывать в Лондоне, увидеть Карнаби-стрит и Кингс-роуд. Уговорить родителей было нелегко. Лишь после нескольких недель мольбы и скандалов они, наконец, сдались и со слезами на глазах распрощались с ней в порту Дун Лаогэр.
Кейти в полном восторге остановилась в католическом общежитии Килберна. Однако найти работу оказалось не так просто. Оптимизм начала семидесятых привял. В стране резко выросли инфляция и безработица, террористы ИРА разошлись не на шутку, так что ирландцев вообще никуда не брали. Кейти почти пала духом и собиралась вернуться домой, когда Нуала, соседка по общежитию, обмолвилась о появившейся вакансии.
– Рабочий день нескончаемый, а платят шиш с маком, – бодро сообщила Нуала. – Но это хоть что-то.
Кейти же считала, что работать помощницей продавца в «Мелвилле» ужасно шикарно. Кожаные туфли ручной работы, изысканные сумочки и прекрасные шарфы английского дома моды разлетались по всему миру, а его название отождествлялось со вкусом и благородным происхождением. А недавно опубликовали фотографию Одри Хепберн и Джеки Онассис, которых Кейти считала героинями, обе – с фирменными сумочками «Мелвилл», украшенными застежками в форме буквы «М».
На следующее утро Кейти принарядилась и направилась на Олд-Бонд-стрит, средоточие самых элегантных и эксклюзивных магазинов Лондона. Широко раскрыв глаза, она прошла мимо художественных галерей и изысканных ювелирных магазинов, салонов дизайнерской одежды модных домов «Гуччи» и «Шанель» и наконец нашла «Мелвилл». Даже внешний вид здания приводил в трепет. Затемненные стекла и тяжелые бархатные портьеры на окнах не позволяли заглянуть внутрь. Портье в ливрее распахнул перед ней двери с золотым гербом. Глубоко вздохнув, Кейти прошла в магазин.
То была ее первая ошибка.
– Персонал пользуется черным ходом, – позже пояснила Энн Харпер, управляющая, проводя краткую экскурсию по магазину.
Нуала замолвила за соседку словечко, и после краткого собеседования миссис Харпер согласилась принять Кейти с испытательным сроком. Сказано это было таким тоном, будто она не ожидала, что Кейти проработает дольше.
– А увижу, что опять входишь через парадное крыльцо, уволю, – продолжила миссис Харпер. – Уволю и если опоздаешь, или на тебя пожалуется покупатель.
