– А ты красивая, – его голос застал меня, когда я, встав на цыпочки пыталась застегнуться молнию сзади. – Помочь?
Я растерянно кивнула и собрала волосы со спины. Царёв аккуратно стянул шелковую ткань, застегнул молнию и поднял глаза, встретившись с моими в отражении зеркала. Платье сидело, как влитое. Корсетного типа верх на тонких бретельках открывал аппетитную ложбинку груди, повторял изгиб тонкой талии. Зауженная, чуть выше колена юбка подчёркивала дерзкую линию бёдер и длину стройных ног, а нереально красивый винный цвет шелка оттенял загар, что успел покрыть мою кожу.
Я даже на Царёва не набросилась, потому что точно так же пялилась на своё отражение, стараясь не закапать его слюной.
– Идём, – Саша подал мне руку.
– Босиком? – я открыла рюкзак и вытащила оттуда босоножки на высоченной шпильке.
– Хм, – Царёв поджал губы, снова пробежавшись по мне взглядом. – Не замёрзнешь?
– Могу халат твой сверху набросить.
– Ну, и язык у тебя, Катя.
– Ну, и ревнивый ты, – передразнила я его и вышла следом.
– Маме позвони, – Саша подошел к комоду, сгрёб ключи, телефон и сдёрнул с дивана красный галстук. Ловко забросил его за ворот рубашки и завязал узел отточенным движением.
– Ты знал! – чувствовала, как волна гнева медленно разливается по телу.
– Что?
– Что я выберу это платье!
– Конечно, – он снова пожал плечами и кивнул в сторону лифта. – Всем было очевидно, что ты влюбилась в него. Но в тебе слишком много рациональности, поэтому ты выбрала самое скромное и по цене, и по фасону.
– Кстати, я его не нашла.
– А мы его и не купили.
– Мы? Нет, милый жених, к твоему транжирству я не имею никакого отношения, – не выдержала и показала ему язык.
– Из твоих уст моя щедрость к невесте звучит, как недостаток, – рассмеялся он, пропуская меня вперёд на подземную парковку. У выхода стоял блестящий чёрный мерин, а у задней двери караулил седовласый мужчина в чёрном костюме.
– Катерина Ивановна, – он улыбнулся и распахнул для меня дверь, отвесив лёгкий кивок.
– Как в кино, – охнула я, чуть помедлив. – Вам бы солнечные очки…
– Так лучше? – мужчина достал из кармана очки, надел и вытянутся в струнку.
– Вылитый Джеймс Бонд! Точно, я сплю. Ущипните меня!
– Катя-я-я, – закатили глаза Царёв. – Ты как ребёнок. Пётр, едем, а то опоздаем.
– Не опоздаем, Александр Алексеевич.
– Итак, – Царёв нажал на какую-то кнопку, и я взвизгнула, потому что внезапно стала выезжать тонированная перегородка, отсекающая нас от водителя. – С журналистами мы не разговариваем. Только улыбаемся и пробегаем в здание. С гостями наедине не останешься, во всяком случае, на первое время.
– Там журналисты будут? – охнула я.
– Дальше, – он проигнорировал мой вопрос, полез во внутренний карман пиджака и достал чёрную бархатную коробочку. Быстро открыл, взял мою правую руку и надел кольцо с большим квадратным бриллиантом на безымянный палец. Движения были спокойными, уверенными и быстрыми. Он точно знает, что делает. Очевидно, не сомневается, а если сомневается, то не делает вовсе. И в эту картину никак не встраивается его выбор. Почему я? – Катя, веди себя естественно.
– Что это?
– Кольцо.
– Это я вижу! Свадьбы же ещё не было! Какое кольцо?
– Царёва, – хрипло рассмеялся он. – Ты не нормальная женщина. Другая бы плясала от восторга, пищала от удивления, что угадал с размером, а ты моську кривишь. Даже на шею не бросаешься.
– Да не кривлю я ничего! – я взгляд от кольца не могла оторвать. – Сам на свою шею бросайся.
В жизни не видела такой красоты, но червяк, что грыз меня от одного платья, уже трансформировался в питона. Он мертвой хваткой обхватил мое горло, сдавил легкие, не позволяя вдохнуть полной грудью.
– Вот и не криви, – он украдкой наблюдал за мной. Чувствовала его взгляд, что так откровенно ползал по мне.
– Ростова, я Ростова.
– Пока, – Саша достал телефон, настойчиво отвлекавший его от разговора. – Да, бабушка… Со мной, конечно. Передаю… Я же тебя просил позвонить домой!
Царёв показал мне кулак и дал свой телефон, продолжая сверлить взглядом, пока я отчитывалась бабушке о том, как прошёл день.
– Так, готовность три минуты, – шепнул он.
– Бабуленька, мне пора. Позже наберу.
Я открыла клатч, достала блеск, прошлась им по губам, расправила платье. Все ждала, когда начнёт бухать сердце, но нет. Я почему-то была спокойна.
Царёв взял меня за руку, осмотрел ещё раз и довольно подмигнул.
Как только двери открылись и в салоне появилась мужская рука, темноту озарили многочисленные вспышки фотоаппаратов. Я вышагнула из машины, очутившись под залпом вспышек. Подоспевший Царёв перехватил мою руку и повёл в самую гущу толпы.
Ощущение, что я сплю, не покидало меня. Красная дорожка вела ко входу, украшенному белоснежными цветами, а по обе стороны ограждений стояли толпы журналистов. Не понимала, где я, зачем я тут, просто следовала за совершенно посторонним мне мужчиной, с которым почему-то чувствовала себя спокойно.
