Странная девчонка. Очень. Глаза такие живые, искрящиеся, улыбка естественная, без спазмов жеманства, а про язык тела можно вообще молчать. Осанка прямая, будто стальным прутом зафиксирована, а жесты, наоборот, мягкие, плавные, слегка замедленные, как в кино.
– Пялишься, – внезапно подала голос Катя, открыв один глаз. – Чувствую, как пялишься.
– А я чувствую, что ты врешь, притворяясь спящей, – тряхнул головой, прогоняя неуместные мысли.
– Я гениально приотворяюсь спящей, не надо умалять мои театральные способности, – Катя покачала пальцем прямо у меня перед носом.
– Ты гениально притворяешься невестой, – не выдержал я и рассмеялся.
– А ты гениально изображаешь ревность, – не уступала она, забралась в кресло с ногами, развернувшись ко мне всем корпусом.
– Ревность?
– Конечно. Только давай договоримся на берегу? Я терплю твои руки на своём теле только при посторонних, а когда мы наедине, будь добр держать их при себе?
– Да, я был не прав. Признаю. Впредь этого не произойдёт.
– Вот и прекрасненько, – вздохнула Катя, снова отвернувшись от меня.
Я и вправду здорово перегнул палку. Затевая эту авантюру, проигрывал разные сценарии возможного исхода, но при любом раскладе был один огромный нюанс – ответственность. Помимо обязательств по договору, я буду вынужден взять ответственность за абсолютно постороннего человека. И дело даже не в том, что я ввожу её в свою семью. А в том, что за эту девчонку, в случае чего, с меня три шкуры спустят. Побочка… Хотя кого я обманываю? Побочка – головная боль после вечеринки или «насморк» после случайного секса в клубе, а Катерину сложно назвать этим словом. Нет. Она больше тянет на вирус. Точно!
Сколько я её знаю? Ерунда. А ощущение, будто с детства знакомы. И дом у них такой забавный, наполненный теплом и воспоминаниями, от которых хочется откинуться в кресле и помолчать.
– Пялишься! Ты опять пялишься на меня?
– Глупости, я смотрю в зеркало, Катерина.
– Тогда хорошо, – она спрятала свою улыбку в крохотный кулачок, но предательские ямочки на щеках выдавали её с потрохами. – Мы правда летим в Сочи?
– Да.
– А когда?
– Скоро.
– Ну, когда же? – Катя вцепилась в мою руку, но потом отпрянула, очевидно вспомнив свою пламенную речь. – Прости.
– Вечером вылетаем, если ты успеешь собраться, – прикусил язык, чтобы не вступить очередную перепалку, потому что времени не было совершенно.
– В смысле?
Я завернул на парковку торгового центра, что был напротив моего офиса и остановился у центрального входа.
– У тебя есть два часа, чтобы подготовиться к поездке, Катерина. Мы пробудем там три дня, поэтому гуляй, – протянул ей кредитку, но Катя замерла, как статуя, пялясь на чёрный кусок пластика. – Что с тобой?
– Это что с тобой, Царёв? Ты меня ещё и обеспечивать собрался? Хватит с меня тех тряпок, что стоят, как крыло самолета! – она сжала губы и отвернулась, сложив руки в замок. Мой взгляд упал в округлившиеся полушария груди, прижатые руками, и отказывался подниматься выше. Вёл себя как мальчишка в бассейне, разглядывающий женские титьки.
– Кать, – снова потряс картой в воздухе. – Ты мне кровь всегда будешь сворачивать? Даже если договор подпишешь? Вернее, когда подпишешь!
– Возьму и не подпишу! – её взгляд был полон гнева, а на лбу проступила напряженная вена.
– Хорошо, – убрал карту в бардачок и вырулил с парковки. – Останешься дома.
– В смысле, дома? – завизжала она, хватаясь руками за руль. – То есть я дома, а ты ножки в море мочить?
– Катя, – резко затормозил, прижавшись к обочине. – Ты хочешь полететь?
– Нет! – прошептала она, медленно отворачиваясь.
– Зае*ись, – сначала сказал, а потом мысленно дал себе подзатыльник. Нажал на педаль газа и вклинился в поток машин, включив музыку.
– Я передумала…
Делал вид, что не слышу её, перестраиваясь из ряда в ряд. Заноза! Ещё в загсе не были, а кровь уже бурлит. Какой год? Царёв? О чем ты говоришь? Ещё кандидатуру какую нашёл! Надо было брать исполнительную и ответственную Валечку. Вот, с кем не было бы никаких проблем.
– Я передумала, – ухо обожгло её дыхание, а горячий влажный язычок будто случайно ударил по мочке. – Царёв, возьми меня в Сочи.
– Где тебя взять? – не выдержал я и рассмеялся, снова повернув на парковку торгового центра. Её упрямства хватило ровно настолько, чтобы сделать четыре поворота вокруг здания.
– Царёв, – она потянулась за сумочкой на заднее сидение, практически уткнувшись мне грудью в нос. – А ты с первого взгляда показался мне серьёзным молодым человеком.
– Что-то изменилось, Катюша? – забросил руку на подголовник её сидения.
– А ты обычным пиз*юком оказался, – она наигранно разочарованно пожала плечами и выскользнула из машины, нарочно проигнорировав банковскую карту.
– Ты просто плохо на меня смотрела, – достал телефон, благодаря дары цивилизации за удобства, и перевёл ей деньги на карту. Катя у самого входа достала телефон, замерла и крутанулась на каблуках, готовая испепелить меня взглядом даже на расстоянии.
