– Моё плечо уже мокрое от твоих слюней…
Я резко распахнула глаза, обнаружив, что не только сплю на его плече, но и ногу забросила на его колено.
– Черт, – я сбросила затёкшие конечности и ахнула, потому что в иллюминаторе мелькали огни ночного аэропорта. – Я все проспала!
– Ты никогда не летала?
– Нет, это мой первый раз, – распустила растрепавшиеся волосы, заплела их в косичку и включила телефон, чтобы написать маме, что долетели.
– Кать, ты такая забавная, – тихо рассмеялся Царёв.
– Почему?
– Так искренне всему радуешься, улыбаешься, удивляешься. Перелёт для меня – рутина или даже пытка, а ты в ладоши хлопаешь. В чем твой секрет?
– Саш, жить нужно, понимаешь? Проживать жизнь, а не пропускать, вечно болтая по телефону. Ты ж не замечаешь ничего вокруг. Но ничего, Царёв, я тебя расколдую.
– Мне уже нужно бояться? – Саша отстегнул мой ремень безопасности, забрал наши сумки и припустил вперёд.
– Не бойся, больно не будет.
У трапа нас ждал чёрный минивэн, на котором мы отправились в город.
– Вы в квартиру? – Лёва поглаживал по голове спящую на его плече Ксюшу.
– Нет, в отель вместе с вами, из квартиры долго до ЭКСПО-центра добираться, – Саша заметил, что я клюю носом и развернулся ко мне корпусом, предлагая опереться. И я согласилась. Легла спиной на его грудь, позволив заключить себя в крепкие объятия. Вдохнула свежесть цитруса и заснула.
*
Громкое пение птиц вперемешку с детскими криками ворвалось в мой сон. Я открыла глаза и тут же зажмурилась от яркого солнца, проникающего в панорамное окно. Вздрогнула, подскочила, осматриваясь вокруг.
Я лежала в кровати, а рядом дрых Царёв. Он лежал на животе, спрятав руки под подушкой. Опустила голову, обнаружив, что я в одежде.
Аккуратно выскользнула из постели и вышла на балкон, застыв от изумления. Над темным, подернутым густой дымкой тумана морем разливалось солнце. Оно ласковыми лучиками обнимало спокойную гладь, прогоняя ночную хмурость. Внизу, возле бассейна уже резвились дети, пока родители досыпали в шезлонгах.
Чувство восторга просто било из ушей. Я обернулась, раздумывая, будить ли «жениха», но решила не тревожить.
Правда, впала в ступор, потому что ванной комнаты, как таковой не было. Вернее, она была, вот только от спальни её отделяла прозрачная стеклянная перегородка. Я крутанулась, осматривая огромный двухкомнатный номер, в котором было все: от рабочего стола, до импровизированной кухни с кофемашиной, а вот кирпичей для стены в ванной у них не хватило!!!
Заметила тонкую шторку, потянула за неё и выдохнула… пусть и прозрачная, но хоть какая-то защита от любопытных голубых глаз, что могут распахнуться в любой момент.
С замиранием сердца приняла душ, смыла вчерашний макияж, надела купальник и хотела уже выскочить из номера, когда услышала хрип.
– Кать, я поставлю тебя на сигнализацию.
– Доброе утро, – вздохнула и вернулась в спальню. – Там же море!
– Да… – сонно бормотал Царёв, отчаянно шаря рукой по тумбе в поисках телефона. – У нас деловой завтрак со спонсорами в ресторане.
– А потом?
– А потом я уеду на встречу, а ты с Ксюшей до вечера можешь плавать. Главное – не утони, я слишком молод для вдовца, – Саша нашёл телефон ровно тогда, когда зазвонил будильник. – Собирайся.
– А как я в номере очутилась? Ничего не помню.
– Чудом, Катя, – Царёв потянулся в кровати, пока просматривал уведомления. – Ты идёшь в душ?
– Нет, я собираться буду. Что надеть?
– Только не вчерашние шорты! – Царёв цокнул и зашёл в ванну.
– А что с ними не так? – я резко отвернулась, когда Царёв потянул руки к боксерам, ощущая, как заливаюсь краской.
– Твою задницу не щупал взглядом только ленивый. Поэтому прикройся.
– Паранджа так паранджа. Кофе будешь?
– Да-а-а, – крикнул Саша. – Двойной и без сахара.
Сварила кофе, отнесла на балкон, взяла косметичку и уселась в ротанговое кресло, сложив ноги под себя. С моря дул влажный ветерок, ласково поглаживающий ещё мокрые волосы. Хотелось сидеть вот так и не шевелиться.
– Прекрасно, – Саша сел в кресло напротив, туже завязав полотенце на бёдрах. – спасибо.
– На здоровье. Что вы за люди такие, а Царевич? – я потянулась, подставляя тело солнышку. – Море, утро, а вы опять работать.
– Хорошо, а ты как проводишь своё время? – Царёв закурил.
– Смотря когда.
– Рабочий день, например?
– С восьми до трёх я в школе, потом еду в центр и до вечера в фитнесс-зале.
– До скольки?
– Иногда до девяти, а когда выдаётся подхалтурить, могу и в клуб рвануть.
– Тогда чем ты отличаешься от меня, Катенька? – Царёв улыбнулся. – Твой рабочий день даже длиннее, чем мой.
– Ладно, ты победил, – я сделала глоток и принялась наводить красоту. – Почему твоя мама сказала, что у неё один сын? А как же твой брат?
– Он от первого брака отца. Но переехал к нам в шестнадцать лет, потому что папа вдруг решил заняться воспитанием настоящего мужчины.
– И как? Получилось?
– Ты же знаешь, что отец души в нем не чает.
Лицо Царевича изменилось, взгляд стал холодным, отрешенным, а челюсть напряглась. Он сжимал фильтр с силой, нервно стуча по нему большим пальцем. Я аккуратно забрала сигарету, пока он её не смял и затянулась.
