— Думаю, это не было случайностью. Он ждал подходящий момент. Интересовался, почему я скучаю, ничего о себе не говорю. И я рассказала, что приехала сюда учиться по настоянию родителей, а грандиозных мечтаний, как у подруг, у меня нет. Тогда он стал выспрашивать, о чём же незначительном я думаю. А я хотела домой, в свой сад, который создавала своими руками и очень любила. К цветам, природе и тишине. Об этом маленьком счастье я и сказала. Уверена, он счёл меня ненормальной, но я его удивила. Это отразилось на его лице, а улыбка стала настоящей. Фальшивая, с которой он выслушивал о будущих небывалых высотах моих подруг, испарилась. С настоящей улыбкой он поделился своими планами разочаровать предков нежеланием строить жизнь по их указке, очередной раз выиграть в каких-то гонках и увидеть мою мечту своими глазами. В тот момент это казалось абстрактным выражением, милой ничего не значащей фразой.
«Из воспоминаний Марго»
Дверь распахнулась, и появился он. Красивый и атлетически сложенный парень приближался к кровати, взирая на меня безумными блестящими глазами и ехидно улыбаясь. Я его узнала.
— Очнулась? — спросил Крис, забавляясь. — Может, хочешь чего, детка? Поесть или сходить в туалет?
Домой! Только я понимаю, что такое говорить нельзя. В таком положении я оказалась не случайно, а значит, это сделал он. Нужно время на размышления, и я соглашаюсь на предложенные варианты, кивая головой.
— Туалет, — первое, что хочется узнать, развяжет или нет. Второе — с окном ли другое помещение.
— Не волнуйся, покормить я тебя тоже не забуду, — я замираю, боясь дышать, пока брюнет освобождает мои руки. Потом он рукой указывает на нужную дверь. — Там.
Сломя голову лечу в указанном направлении, но едва оказавшись там, паникую. Меня встречает глухая светлая комната небольших размеров. Раковина, унитаз, душ и всё. Одни стены и ни одного окна. Ловушка. Всё же решаю воспользоваться комнатой по прямому назначению, пока есть такая возможность. И возвращаюсь обратно. Крис успел принести еды. На столике у кресла стояли тарелки с овощным салатом, с сухим противным рисом, который невозможно было есть, и с фруктами. Из напитков присутствовала только вода, но ей я была рада больше всего. Во рту и горле образовалась пустыня, и я жадно пью, никак не насыщаясь.
— Это от снотворного. Немного переборщил. Не думал, что ты такая слабенькая. Хорошо, что не попробовал другого.
Он ни капли не стеснялся в признаниях. Не переживал, что я всё расскажу. Или просто я больше никогда никому ничего не расскажу. Печально. Он не был безумен. В комнате не звучал его истерический смех. Наоборот, выглядело, как будто меня пригласили в гости или почти на свидание, если исключить связывания и похищение.
Страшнее было осознавать, что в чужой стране помочь мне некому. Даже искать начнут неизвестно когда. Я слушала его внимательно, когда он мне давал выбор остаться в комнате свободной в перемещении или связанной. Я выбрала мнимую свободу и обещала вести себя тихо и послушно. Моя истерика мне бы не помогла, а только сделала бы хуже. Я чувствовала — мне нельзя его злить. Ему срочно требовалось уйти, но вечером он вернётся для более близкого знакомства.
До конца не осознавала истинный смысл его слов. Возможно, надеялась на чудо. Но его не произошло. Вернее, чудо произошло позже.
— Подойди ко мне, — робко переставляя ноги по направлению к моему пленителю, я не смела ослушаться. Его голос звучал нежно, но я не обманывалась этим. — Знаешь, чем ты меня привлекла?
Впервые он сжал меня в своих объятиях, поглаживая спину, и ждал ответ. Не знаю, что чувствовала в тот момент. Скорее, смущение и растерянность. От этого смогла лишь отрицательно покачать головой.
— Своей натуральностью, — продолжил он. — Ты настоящая. Я таких не встречал.
— Что ты делаешь? — пропищала я, когда Крис резко поднял меня на руки и аккуратно бросил на кровать.
— Я же говорил. Мы сегодня познакомимся ближе.
Когда парень стал раздеваться, я впала в ступор, не могла заставить себя пошевелиться. Бежать было некуда, а дверь запиралась как снаружи, так и изнутри на хитрый замок. Я пробовала открыть дверь днём, когда Крис после завтрака посещал уборную. Дверь ожидаемо не поддалась.
Брюнет навалился на меня всей своей массой и начал блуждать руками по моему телу, ощупывая и раздевая. У него получалось так ловко, что мои жалкие попытки сопротивления его забавляли.
— Кристиан, не надо! Пожалуйста, — меня знобило. Слёзно умоляя, пыталась оттолкнуть. Сколько силы может быть у девчонки? Мало, очень мало. Вместо этого прикосновения получались такими, словно я его глажу.
— Ну же, обними меня, детка. Давай! — не обращая на меня внимания, шептал мой пленитель. Не смело я обхватила руками его плечи, и он яростно набросился на меня с поцелуями. Его терпению можно было позавидовать. Ласкал он меня долго, пока я не перестала умолять, плакать и дрожать от страха.
