Он подошел вплотную ко мне, и хотя наши тела не соприкасались, я ощущала его близость каждой клеточкой.
Наклонив голову, Чейз посмотрел на меня с какой-то щемящей тоской. Меня буквально загипнотизировала пронзительная ясность его взгляда, незамутненная привычной холодностью. Он аккуратно взял мои руки и держал так нежно, так трепетно. В его прикосновении не было прежней уверенности, а легкая дрожь подсказала — он, так же как и я, сомневается в правильности того, что происходило между нами. И именно эта неопределенность заставила меня цепляться за Чейза, вместо того, чтобы отпустить; принудила привести его в свою спальню, где он медленно раздевал меня, тихо благодаря, что я была терпелива с его сестрой. Неопределенность, словно ниоткуда появившаяся между нами, толкнула меня в объятия Чейза и вынудила изо всех сил прижиматься к его обнаженному телу, пока он шепотом просил меня не покидать его. Я приветствовала вес его тела, прижимавшего меня к матрасу и страстные поцелуи, которыми он покрывал мою шею. Мы оба устали от споров. Целый день мы препирались по пустякам, хотя могли потратить это время с большей пользой и удовольствием.
И в этот момент в моей спальне в моей кровати мы пришли к молчаливому соглашению — мы оставим все как есть. Пусть это и будет лишь только временным перемирием.
*** *** ***
Как правило, когда мы с Чейзом проводили ночь вместе, я просыпалась первой. Находясь в полудреме, я смаковала тяжелый вес его головы на своей груди, которую он использовал как подушку, и вслушивалась в спокойный ритм его дыхания, но в этот раз все было иначе. Я проснулась от того, что подбородок Чейза упирался куда-то в район моего солнечного сплетения, а затем почувствовала, как его язык начинает вырисовывать замысловатые узоры на моей коже, двигаясь вниз вдоль живота.
— Привет, — пробормотала я хриплым ото сна голосом.
— Я думал, ты никогда не проснешься, — проворчал Чейз и сместился так, чтобы оказаться между моих ног.
Он продолжил дразнить меня, но неожиданно становился в паре сантиметров от того места, где я хотела ощутить его рот больше всего. Не говоря ни слова, Чейз приподнялся на руках и навис надо мной, а затем вопросительно взглянул своими зелеными, сияющими от страсти глазами. У нас не осталось презервативов — последний мы использовали вчера вечером — поэтому сейчас мы должны были либо остановиться, либо заняться незащищенным сексом. Я хотела Чейза и была не против обойтись без презерватива. Забеременеть для меня было непростым делом. Прежде чем попытаться зачать ребенка, я должна была пропить курс лекарств, и только тогда у меня появлялась надежда на успех.
— Ты уверена? — спросил Чейз осипшим от желания голосом.
Вместо ответа я выгнула спину и сильнее прижалась к нему. Чейз медлил, словно ожидал какого-то знака от меня, поэтому я кивнула. Он с хриплым стоном толкнулся вперед, не останавливаясь, пока не заполнил меня целиком, и тут же замер на несколько секунд, позволяя нам обоим привыкнуть к новому ощущению — быть полностью обнаженными друг с другом.
*** *** ***
После нашего спора и визита Тани шли дни, а между нами с Чейзом ничего не изменилось.
И я была довольна.
Мне нравилось обмениваться с ним сообщениями днем и ужинать вместе по вечерам. Нравилось просыпаться с Чейзом в моей постели или в его. Нравилось ощущать его шепчущие поцелуи вдоль позвоночника по утрам, прежде чем он покинет постель, чтобы отправится в офис.
Мне это нравилось, и я говорила себе — это единственное, что имело значение.
Я не врала, утверждая, что комфорта, который давал мне Чейз, было достаточно. Достаточно для того чтобы я улыбалась и чувствовала себя больше, чем просто довольной. Такое положение вещей удовлетворяло нас обоих.
Мы с Чейзом создали свой собственный безопасный пузырь, и я настолько потерялась в нем, что не заметила первые признаки надвигающегося хаоса. Я упустила возможность предотвратить его, а затем стало слишком поздно.
Глава 22
Эмма
Тане все-таки удалось заманить меня к себе в офис на обед. После ужина в моем доме она при каждой возможности повторяла свое приглашение, а я продолжала находить все новые и новые предлоги, чтобы отказаться, пока не исчерпала запас оправданий. И вот теперь я сидела в ее кабинете, ела салат с курицей-гриль, и в пол уха слушая болтовню Тани о Кейт.
— Что происходит между тобой и моим братом? — спросила она и улыбнулась, словно заранее знала ответ.
— Ничего. Почему ты спрашиваешь? — Я посмотрела на Таню.
Ее глаза были точно такого же зеленого оттенка, что и у Чейза, но если взгляд брата согревал, то от взгляда сестры меня охватил озноб.
— Он послал около двадцати сообщений, предупреждая, чтобы я вела себя хорошо. — Она издала звук, словно ее тошнит.
— Он просто беспокоится. — Я пожала плечами.
— Эмма, Чейз никогда не беспокоится. В этом-то вся разница.
Взгляд Тани потеплел, пока она терпеливо ожидала, когда я прожую салат. Но только я собралась ответить, как дверь в кабинет с грохотом распахнулась.