– Ладно, Лейн, – произносит мама, сунув мне в руки карту, исписанную пометками. – Я тут отметила аварийные остановки, больницы, заправки и все такое. Вот здесь – самый быстрый и безопасный путь.
– Мам, у меня карта в телефоне, – я смеюсь.
Она прищуривает глаза:
– Не дерзи матери, Лейн Коллинз. Что, если ты забудешь телефон на остановке? Если он сядет или упадет в озеро?
Я в замешательстве морщу лоб:
– С чего бы это моему телефону падать в
Халли хихикает, берет меня за руку и кладет голову мне на плечо:
– Я все поняла, миссис Коллинз. Пригодится.
– И звоните через каждые несколько часов, хорошо? – говорит ее мама, вытирая слезы. Она протягивает руку и убирает волосы с глаз Халли.
– Да. Обещаем.
После той игры мы сказали родителям, что мы пара, и… сначала они были, мягко говоря, в шоке. Они, очевидно, думали, что Халли будет встречаться с Илаем, но, конечно, сразу же нас приняли. Хотя отец Халли отвел меня в сторону и наказал мне присматривать за его маленькой девочкой, и пригрозил, что, если я когда-нибудь причиню ей боль, он знает, где я живу.
Честно говоря, это было немного пугающе. Но я, конечно, не беспокоюсь, потому что я никогда не причиню вреда Халли.
Попрощавшись по меньшей мере дюжину раз с нашими матерями, которые обнимаются и плачут, и пожав руку моему отцу и мистеру Эдвардсу, мы направляемся к моему брату.
Халли подходит к Илаю, и я вижу, как она смахивает слезы и крепко обнимает его за шею:
– Я люблю тебя, Илай. Спасибо тебе за то, что ты был моей опорой.
Ее слова звучат едва ли громче шепота, но они поражают меня прямо в грудь.
Одно время я думал, что, возможно, даже буду ревновать Халли к Илаю, хоть и не хотел этого признавать. Но как же я рад, что они лучшие друзья. Я рад, что у Халли есть кто-то еще, кто заботится о ней и сделает ради нее что угодно.
– И я тебя, Хал. Я всегда с тобой. Ты знаешь, где меня найти, – он улыбается.
Закатив глаза, я жду, пока Халли высвободится из его объятий, затем наступает моя очередь хлопнуть его по спине и обнять.
– Скоро увидимся, братишка. Держись подальше от неприятностей.
Он усмехается:
– Я? От неприятностей? Я самый умный и красивый из нас двоих, если ты вдруг забыл.
– Да как я мог, – ухмыльнувшись, я возвращаюсь к фургону и открываю дверцу для Халли, помогая ей забраться внутрь. Затем, махнув рукой в последний раз, я сажусь на водительское сиденье и захлопываю дверь.
– Готов? – спрашивает она.
Протягивая руку, я переплетаю наши пальцы и киваю:
– Я готов на все с тобой, крошка Халли.
И мы с моей девушкой выезжаем на шоссе, в город, в котором я никогда не был, в новое место, которое мы создадим сами.
Мы многому научились вместе, но самый важный урок них заключается в том, что дом – это не «где», а «кто».
