– Например, ей было четко сказано: у меня аллергия на арахис. И что я получаю в салате и в печенье? Правильно! Причем еще измельчит так, что не сразу заметишь, только когда съешь какую-то часть… Ужас! – Казалось, Стася вот-вот испепелит Тамару взглядом. – Совала нос в наши дела, лазила зачем-то в фотоальбом… Что, не было такого? Гоняла Мими из гостиной, хотя собачка комнатная, привыкшая к подушкам и диванам. Как-то отправила восвояси моих подруг, которые зашли в гости, я только потом узнала. Позорище! Хлопала дверями, входила без стука, ты ей слово – она тебе десять! В какой-то момент я стала ее бояться… И деньги у меня воровала, я точно знаю. Хорошо, в доме было мало наличных, все на карточках… И это я еще половины ее фокусов не озвучила! Не женщина – монстр в человеческом обличье…
Похоже, на сей раз мы столкнулись с настоящим крепким орешком. Тамара уже допивала вторую чашку чая, похрустывая конфетками, любезно поданными Ником. Тот по-прежнему обращался с мучительницей Стаси самым рыцарским образом, заставляя теряться в догадках.
– По крайней мере, за руку вы меня не поймали, – резонно заметила Тамара. – И как я должна была вести себя с людьми, у которых проблемы с психикой? Игорь Владимирович ясно дал понять, что миндальничать с вами не нужно, а то совсем распуститесь и начнете представлять угрозу для окружающих. Он приказал не пускать на порог посторонних и быть построже. Да я сама вас боялась, психи! Готовила из того, что мне доставляли, выбирал продукты и блюда тоже Игорь Владимирович. Так что без обид, я просто выполняла его указания. И вообще, вы должны быть мне благодарны. За одну плату – и кухарка, и уборщица, и экономка…
– …и актриса, – подхватил Ник, до сей поры спокойно сидевший над своей чашкой. Он сказал это тихо, но Воздвиженский со Стасей мгновенно встрепенулись, удивительно похожие в своем изумлении. Значит, я не ослышалась… – Да-да, друзья мои, актриса! Тамара, ваш выход, насладитесь! Кирилл Андреевич, только сразу предупреждаю, что это – лишь маленький невинный спектакль, не переживайте, с вами все в полном порядке…
Кивнув, дама отставила в сторону чашку и нырнула рукой в пластиковый пакет, все это время стоявший у нее в ногах. Момент – и из пакета показался белокурый парик и белая хламида. Тамара лихо нахлобучила парик, встала из-за стола и, накинув хламиду, сложила руки в молитвенном жесте. Мы обмерли. Это что, Жюли? Призрак, изобретательно донимавший Воздвиженского?
– У меня была другая накидка, получше, но она осталась в саду, – буркнула Тамара. – А парик – тот самый. Игорь Владимирович попросил изобразить какую-то женщину. Мол, я немного на нее похожа, только волосы темные, но это легко исправить. Да и рост у меня подходящий, аккурат как у той женщины, он убедился в этом, когда смотрел видео семьи. А особенности фигуры не так и важны, ведь на мне будет надета свободная накидка. На лицо и вовсе никто не обратит внимания. Он говорил, где появляться. Доставлял меня в усадьбу сам, я пряталась на заднем сиденье его машины, чтобы охрана не увидела. В первый раз он что-то схимичил со шнуром, на котором висела картина. Точно знал, когда она упадет. Я сидела в его комнате и была готова выскочить в любой момент. Ничего сложного, ведь хозяин не запирал дверь своей спальни на ночь. На кладбище меня попросил приехать тоже Игорь Владимирович, а устроить сценку на лужайке и вовсе оказалось проще простого. Он привез меня в усадьбу еще днем. Посидела тихонько у него в комнате, потом получила сообщение и быстро выскользнула из дома. По дороге к лужайке перед гостиной постучала в окно кухни, чтобы этот ваш слуга обратил внимание. Потом довольно долго стояла у окна, изображая ту женщину. Лил дождь, я в итоге простудилась, до сих пор кашель не проходит…
– Ах, какая жалость! – саркастически посочувствовала я, ощущая, что мне передается негодование Стаси. – Скажите, Тамара, а вас не смущало, что Игорь Владимирович обращается к вам с просьбами… весьма… ммм… странного свойства? Ведь выходит так, что с вашей помощью сначала доводили человека до безумия, а потом «лечили» его непонятными препаратами.
У Тамары, похоже, действительно были стальные нервы. Она только что поведала нам о собственной роли в этой истории – вполне однозначной, следует заметить. И сохраняла прежнюю бесстрастность, словно вела пресловутую светскую беседу за чаем о погоде и о здоровье.
– А что тут такого? У богатых свои причуды. Началось все с того, что Игорь Владимирович однажды попросил меня позвонить ему на мобильный, вечером, во время ужина. Что такого страшного в этой просьбе? Нам нужно было обговорить условия работы. А дальше как-то само собой пошло-поехало… Он давал четкие инструкции, которые я выполняла. – В словах Тамары не ощущалось и намека на сомнение или раскаяние. – Ничего личного. Кто платит, тот и заказывает музыку.
– Ой ли? – тут же вклинился Ник, осведомленный гораздо лучше нас. – Насколько мне известно, он вам так и не заплатил. В противном случае вы не разговаривали бы сейчас с нами.
