Сидя в машине, я ждал Мирославу и тщательно взвешивал, какое решение мне более предпочтительно. Выявление паршивой овцы влекло за собой целый воз и маленькую тележку проблем, которые придётся решать. Отсутствие предателя означало отсутствие проблем. Казалось бы наилучший вариант. Но мне почему-то он не нравился. Пожалуй в этом "почему-то" скрывалось чистой воды лукавство. Дело в том, что пусть смутно, не совсем отчетливо, но я знал причину. Этот вариант бросал тень на человеческие и профессиональные качества Серебровского. Сложившийся в моей голове образ Леонида Сергеевича был мне очень дорог, и я не хотел, чтобы он разрушился. Но и команда была мне дорога. Выбора не было.
Появление Мирославы в сарафане цвета чистого неба с притягивающим глаз вырезом напомнило мне, что у меня не просто деловая встреча, а ещё и свидание с молодой и красивой девушкой. Меня охватила досада, что я не догадался приобрести цветы. Комплименты комплиментами, но нелишни были бы и материальные доказательства и моей благодарности за помощь, и моего восхищения её красотой. Хорошо, что этот мой промах было легко исправить. По пути следования ко мне домой я сделал небольшой крюк и остановился у цветочного магазина. Крупные красно-черные розы вполне соответствовали моему отношению к Мирославе.
- Мне кажется, между вами много общего.
Не слишком оригинален, но уж таков, каков есть.
- Как они хороши! Ты очень добр ко мне.
Ответ был сопровождён таким взглядом, что я был готов вернуться в магазин и скупить все красно-черные розы, что там были. Я пытался вложить тайный смысл в слова, и получил адекватный ответ. Теперь мне осталось только гадать, за что именно она благодарила меня, за розы или за комплимент.
Очередной совместный ужин вновь был скромным. Салат из овощей, макароны по-флотски, сухое вино и фрукты. Мирослава опять молча смотрела один матч за другим, а я также молча заполнял свою таблицу. В конце нашей работы, мне показалось, что замаячил свет в конце туннеля. Ошибались многие, но некоторые чаще остальных. Эпизоды с их участием мы, по моей инициативе, просмотрели ещё раз. И мне показалось, что я наконец-то понял Серебровского. Доказать что-то очень сложно, а вот пищи для серьёзных размышлений стало предостаточно. Но не это было главным. Хоть и в переносном смысле слова, но меня сбила с ног фраза Мирославы, когда я предоставил ей возможность высказаться:
- Мне кажется, некоторых игроков спровоцировали на ошибку.
* * *
Жизнь как полосатый матрас. Утром обнаружилось, что у меня появились какие-то проблемы со спиной. Это было крайне неприятно, я не сталкивался с этим прежде. Да и выпадать из обоймы не хотелось. Но нет худа без добра - жизнь в лице врача предоставила мне компенсацию, освободив от нескольких тренировок. Я успел только подумать, что коль у меня появилось дополнительное свободное время, посвящу его своей девушке. И тут меня ждало новое разочарование - у Мирославы на работе был аврал. Как назло! Моё огорчение было настолько велико, что проигнорировать его не хватило сил.
Наши встречи привнесли в мою жизнь тепло человеческих отношений. Только одного общения по телефону или в интернете мне уже было мало. Мне хотелось видеть и слышать Мирославу двадцать четыре часа в сутки. Нужно было срочно чем-то занять себя, поэтому я решил произвести в квартире генеральную уборку. Деньги у меня имелись, и я вполне мог пригласить какую-нибудь женщину. Но эта мысль пришла и ушла, не задержавшись в моей голове. Во-первых, я не был уверен, что приходящий работник это сделает лучше меня. Во-вторых, мне не хотелось впускать кого-то постороннего в свою жизнь. А в-третьих, совершенно ни к чему было потакать собственной лени. И я механически пылесосил, мыл пол, протирал пыль, а в голову лезли беспорядочные и не до конца дозревшие мысли. После совместного просмотра матчей они рождались одна за другой. Моё сознание безуспешно пыталось разобраться в родном подсознании. Нам предстояли, пусть и с перерывом в один тур, три игры в гостях, две из них с крепкими командами. Прекрасная возможность проверить наши уже общие подозрения на практике.
