Хозяин кабинета с нашей помощью нашёл эпизод игры, предшествующий нарушению в штрафной площади и мы втроём стали просматривать этот фрагмент матча. И хотя Максимович предупредил нас, что у него плохо со временем, но мы вновь и вновь просматривали этот эпизод. Не менее десяти раз. Расстояние было достаточно большим, а эпизод динамичным и всё вкупе не позволяло с уверенностью утверждать, что Пятанов совершил фол намеренно. Однако подозрение упорно возникало. Мы ещё и ещё раз просматривали игровой эпизод, но не могли прийти к окончательному выводу. За этим занятием нас и застала секретарша, когда сообщила Борису Романовичу о появлении в приёмной вызванного игрока. Максимович остановил клавишей "пауза" работу компьютера и на экране монитора остался момент касания Пятановым мяча. Соперник не касался его тела руками.
Максимович попросил пригласить в кабинет футболиста. При виде Пятанова он резко вскочил, сделал два шага в его сторону. Желание стереть в порошок предателя легко читалось на лице президента клуба. На лице Пятанова промелькнул страх, и это остановило Максимовича. Он взял себя в руки, но присесть новому гостю не предложил.
- Кто попросил вас нарушить правила в штрафной площади во время второго выездного матча?
Такая постановка вопроса была неожиданной для меня с Медведевым, и тем более для Пятакова. Ему хорошо был виден экран монитора, и он понимал, что мы просмотрели запись матча. Он затравленно смотрел на монитор и молчал, не зная на что решиться. Помощь пришла с неожиданной стороны.
- Я выплачиваю всю сумму по вашему контракту, он у вас до конца этого сезона. Вы сообщаете мне о том, кто попросил вас нарушить правила в присутствии этих свидетелей, - он кивнул в нашу сторону, - и уезжаете домой. Никуда: ни в РФС, ни в правоохранительные органы я сообщать не буду, вы просто уезжаете к себе домой.
Сделав паузу, Максимович добавил:
- Даю слово.
Последняя фраза склонила чашу весов. Пятанов решился. Очевидно, он посчитал, что видеозапись убедительно доказывала его вину. И если уходить из команды, то хоть не с пустыми руками.
- Наш тренер, Золотов.
Было видно, как потемнел лицом Максимович, но ничего не сказал. Он сел в своё кресло и долго раздумывал. Его поза напоминала знаменитую скульптуру Родена. "Держать ли данное слово?" На его месте для меня это тоже было бы проблемой. Но у меня был ещё один вопрос, на который я хотел бы получить ответ.
- Пятанов, ты же неплохой футболист, не бесталанный. Зачем тебе были нужны эти тридцать сребрянников?
- Я пахал на тренировках как проклятый, а во время игр сидел на скамейке запасных. По мнению тренера, всегда находился более достойный. Время шло, а ни славы, ни денег. Я уже отчаялся, думал бросить футбол, когда поступило вежливое предложение тренера. Я сначала отказался, но он дал мне время подумать. И вежливо объяснил, что рассказывать о нашем разговоре никому не надо, доказать я ничего не смогу. Кто он, и кто я? Позже он объяснил, что обеспечивать нужный результат я буду не один, чтобы это выглядело общей ошибкой обороны.
- Но ты ведь мог отказаться?
- И продолжить сидеть без денег?
- Мог уйти из команды, в конце концов.
- Куда? Кому нужен игрок со скамейки запасных? Да и тренеры часто обмениваются между собой информацией.
- И что потом?
- А потом оказалось, что, не напрягаясь, имеешь в три раза больше.
Деньги. Но и тренер - сволочь. Не повезло парню. Хотя свой выбор он сделал сам! Ещё целых пять минут мы втроём терпеливо ждали решения президента. Надо ли говорить, как волновался Пятанов. На его лице выступили пятна пота. Наконец Максимович поднял трубку и попросил соединить его с бухгалтерией:
- Сейчас к вам подойдёт Пятанов, выплатите ему всю сумму по контракту. Всю сумму, - повторил он и указал игроку на дверь.
Затем он помолчал ещё пару минут и обратился уже к нам.
- Как бы мне не было неприятно и тяжело, я искренне благодарен вам, что вы пришли ко мне с этой проблемой. А сейчас вы свободны, с Золотовым я переговорю чуть позже.
Подобным развитием событий я не был удивлен, всё-таки мне уже тридцать четыре, но предугадать его не мог. Стопроцентной уверенности в предательстве Пятанова у меня не было, и прямое обвинение было рискованным шагом. Он мог с пеной у рта защищаться. И небезуспешно. Что сыграло главную роль, стоп-кадр эпизода, выплата контрактных денег или наше, моё и Медведева, присутствие, трудно сказать. Скорее всего, всё в комплексе. Но, похоже, мы опять остались без тренера.
* * *
В последнее время наш клуб не был лишен внимания средств массовой информации. Это было и понятно: команда в группе лидеров, в команде имели место неординарные события - гибель молодого главного тренера и очередная ставка в сложный период на молодого тренера. Всем желающим было о чем высказаться. Но то, что началось после увольнения Золотова, было похоже на взрыв информационной бомбы.
