Утренние лучи разбудили девушку. Она неохотно открыла глаза. Догус продолжал тихо храпеть, лежа на спине. Голова Ребекки лежала на его широкой груди, а ее рука обнимала его. Она очнулась, осознав недопустимое положение своего тела, начала от него отползать. Затем вдруг передумала и обратно заняла свое место, в объятиях своего телохранителя. Она закрыла свои глаза и притворилась еще спящей. Догус глубоко дышал и качал почти лежащую на себе девушку. Она явно наслаждалась этим моментом. В ее голове начали проноситься мысли: «Так долго искала под свой рост парня, с которым могла бы так лежать. И вот нашла. Но вот разочарование: он не мой парень. Он мой телохранитель. Как же несправедливо. Хотела парня светлого, нашего. Но не думала, что такие смуглые мне больше окажутся по душе».
Догус будто слышал мысли бесстыдной девушки и зашевелился. Ребекка все продолжала притворяться спящей. «Пожалуйста, не просыпайся. Так удобно лежу. Полежи спокойно еще минут пять». Догус взял ее руку, которой она обхватила его. Шли секунды. Девушка наслаждалась прикосновением рук. И оттого начала ласкать его грудь головой.
Догус открыл глаза. Увидев девушку на себе, взял нежно ее руку и отодвинул в сторону. Затем отодвинулся от нее, чуть привстал и посмотрел на нее. Она спала. Он накрыл ее одеялом и медленно открыл двери, выйдя на улицу. А там, несмотря на начало лета, было прохладно. Так всегда в такие сезоны в Германии. Он осмотрелся вокруг и начал растягиваться, будто задумал утреннюю зарядку.
Реббека продолжала лежать и ругать в уме Догуса за то, что она так рано проснулся. Делать было нечего, она привстала и вышла из машины.
Догус, увидев ее, широко улыбнулся. Он ничего ей не сказал, вместо этого полез в багажник, откуда достал свой джинсовый пиджак и накрыл им девушку.
– Надеюсь, тебе снились приятные сны, – сказал Догус и интенсивно погладил ее по спине, пытаясь согреть еще трясущуюся от внезапной прохлады девушку.
– Видимо, меня согреет только горячее кофе.
Догус отступил от нее.
– Пойдем, – он сухо сказал девушке и пошел в направлении кафе. Она зашагала ему в след.
Они заказали себе еще и завтрак по-ирландски. Ребекка жадно поглощала пищу, не упуская из виду Догуса. Тот не спеша глотал, как слон, двойную порцию.
– Догус, я давно наблюдаю за тобой. Ты так аппетитно кушаешь свинину. Ведь ты, по отцу, мусульманин. Насколько я осведомлена, это мясо мусульманам нельзя есть.
Догус, медленно доживав, поднял голову на любопытную девушку и неторопливо сказал:
– Я не мусульманин.
– Тогда кто, христианин?
– Нет.
Ребекка от удивления подняла свои чуть широкие светлые брови:
– Ну, не еврей же ты? У тебя есть религия?
– Есть.
Ребекка бросила вилку в почти пустую тарелку и уставилась недовольно на него:
– Какая религия у тебя? Есть название?
Догус повертел головой, будто задумался. Потом начал:
– Не знаю, как называется моя религия. И это, думаю, не важно. Важно, что в моей религии все люди равны, независимо от происхождения и достатка. Равны и одинаковы женщины с мужчинами. В моей религии люди выбирают, что кушать и одевать самим, независимо от религиозных и традиционных требований. В моей религии люди свободны от догм и законов глупцов. И их никто не заставит идти по той дороге, которая приведет их к несчастью и неудобствам в жизни.
Догус продолжил поглощать с аппетитом то, что ему нравилось есть. Ребекка ошарашенно смотрела на него. Она не знала, что спросить и что добавить. Ей явно понравилась религия Догуса.
– Послушай, есть сейчас важнее дела для обсуждения.
Ребекка опомнилась наконец:
– Какие, Догус?
Он удивленно посмотрел на нее:
– Для начала избавить тебя от глупостей. Потом…
Он остановился, начал все вокруг внимательно рассматривать:
– Потом нас ищут и могут скоро найти. Это очень серьезные и опасные люди.
– Что нам делать, Догус?
– Нам нельзя долго останавливаться в одном и том же месте. Надо непрерывно перемещаться.
Ребекка с жалостью посмотрела на него:
– До каких пор?
– Пока не получим сигнал отбоя, – сухо ответил он. – Ты поела? – продолжил Догус.
Она оставила деньги на столе и тихо пошла к машине.
Догус завел машину. Повернулся к ней.
– А теперь обещанный душ.
– Где? – Ребекка выставила руки перед собой.
– Будет. В Баварии возьмем гостиницу.
Ребекка радостно посмотрела на Догуса.
– Только на несколько часов, – разочаровал он ее.
Дорожный знак показывал, что до Нюрнберга осталось несколько десяток километров.
Ребекка слушала радио и подпевала. Догус слушал ее и не знал, кто лучше исполняет песню. Ему нравился голос его подопечной.
Когда девушка увидела, что они приближаются к Нюрнбергу, она прекратила пение и начала радостно кричать и хлопать в ладоши:
– Догус, мы скоро будем в городе. Там и возьмем гостиницу. Прогуляемся с тобой…
Девушка подтянулась с наслаждением:
– Ты был в Нюрнберге? Ты знаешь этот город?
– Я знаю все города, – сухо ответил Догус.
Ребекка повернулась к нему и недовольно сказала:
– Догус, какой же ты скучный и не романтичный!
Догус с мертвой мимикой посмотрел на нее:
– Мы там не остановимся.
Он вырулил с трассы и взял направление к городу Эрланген.
