— «Ястреб» пойдет в авангарде, — сказал он, указывая на карте местоположение форта, прикрывающего вход в бухту Портобелло. — Его скорость и маневренность позволят нам подойти к форту с фланга, под прикрытием береговых скал. Наша задача — подавить береговые батареи и высадить десант. Если Крюк в городе, он окажется в ловушке.
Моррис, постукивая кинжалом по столешнице, кивнул, острие клинка указало на противоположную сторону бухты, где располагался менее укрепленный участок берега.
— «Гром» обойдет бухту, — добавил он, в голосе его слышалась хитринка. — Я займу позицию здесь, отрезая любые пути отступления морем. Моя задача — перехватывать корабли, пытающиеся покинуть Портобелло, и поддерживать огнем «Ястреб». Шлюп, который вы мне выделите, поможет справиться с мелкими судами, которые могут попытаться помешать. Испанцы, Крюк… мне все равно, кто попадется. Главное — результат.
— А второй шлюп? — уточнил Рид.
— Второй шлюп, — ответил Мансфелд, — пойдет со мной. Он обеспечит огневую поддержку при высадке на берег и прикроет «Ястреб», если на нас нападут превосходящие силы.
Кокс, второй англичанин, до этого молчавший, задумчиво кивнул.
— Хорошо, — сказал он. — Четыре корабля — основа флота. Но для полного успеха нам нужно больше. Два шлюпа усилят ударную группу. Припасы и порох уже на борту. И еще… — Кокс сделал паузу, — на полпути к Портобелло к вам присоединятся четыре бригантины. Подкрепление, которое обеспечит численное превосходство.
Пираты переглянулись. Эта новость явно пришлась им не по душе. Делить добычу с четырьмя дополнительными капитанами не входило в их планы.
Рид, заметив их реакцию, добавил сухо:
— Это не обсуждается. Приказ.
Мансфелд, единственный, кто сохранял внешнее спокойствие, продолжил детализировать план:
— Схема атаки будет следующей: в сумерках, пользуясь приливом, «Ястреб» и приданный ему шлюп подходят к форту, стараясь остаться незамеченными как можно дольше. «Гром» и второй шлюп в это время занимают позицию на выходе из бухты. «Месть» Олоне…
Олоне выпрямился, ожидая своей роли.
— … «Месть» Олоне, используя свою огневую мощь, наносит отвлекающий удар по главному форту. Задача — создать видимость основной атаки, приковать к себе внимание защитников, заставить их сосредоточить огонь на вас.
Олоне, хотя и был задет тем, что его галеону отводится роль «приманки», кивнул. Сорок пушек «Мести» — весомый аргумент в любом споре.
— «Гроза морей» Роджерса, — продолжил Мансфелд, — остается в резерве. Ваша задача — вступить в бой в решающий момент, поддержать огнем атаку «Ястреба» или «Грома», преследовать отступающие корабли противника и, самое главное, захватить Крюка. Живым или мертвым, это уже на ваше усмотрение.
Роджерс хмыкнул. Перспектива лично расправиться с Крюком его вполне устраивала.
— Бригантины, — заключил Мансфелд, — войдут в бухту после того, как основные силы противника будут связаны боем. Их задача — блокировать порт, захватывать торговые суда и предотвращать любые попытки прорыва блокады.
Рид, выслушав план, удовлетворенно кивнул.
— Детально. Грамотно. Но самое главное, — сухо добавил он. — Мы хотим уточнить. Крюка надо брать живым.
Роджерс фыркнул, откидываясь на стуле.
— Живым? — переспросил он. — Да я его кишки на рее развешу! Этот ублюдок мне должен больше, чем кому бы то ни было!
— Долги свои разбирайте потом, — отрезал Кокс. — Нам нужен Крюк. Все остальное — ваше. Золото Портобелло делите, как хотите, но главная цель — наша.
Олоне кивнул, хоть и нехотя.
— Ладно, — буркнул он. — Золото — это хорошо. Но если Крюк таков, как говорят, он просто так не дастся. Потопить галеон — это вам не шлюпку перевернуть.
Мансфелд кашлянул, привлекая внимание.
— Он не прост, — сказал он тихо, но все обернулись. — Крюк чертовски умен. Я слышал много интересного о нем. Такой не сдается, пока дышит.
Моррис хмыкнул, пряча усмешку.
— Ну, посмотрим, как он выкрутится, когда мы ему глотку прижмем, — протянул он.
Рид подытожил:
— Корабли готовы, люди есть. Завтра на рассвете флот выходит. Каждый знает свое место. Исполняйте.
Скрипнула массивная дверь, выпуская последних посетителей. Губернатор Тортуги, Жан-Филипп де Лонвийе, остался один. Тишина давила. Ладонь легла на лоб, стирая капли выступившего пота — верный признак подступающей усталости.
Взгляд де Лонвийе проводил удаляющиеся фигуры. Все ушли, оставив его наедине с роем беспокойных мыслей.
У окна, выходящего на гавань, правитель Тортуги замер. Внизу кипела жизнь: корабли, как потревоженные муравьи, готовились к отплытию. Шесть, а скоро десять. Целая армада, направляющаяся к Портобелло. За неуловимым Доктором Крюком.
Кулаки сжались сами собой.
Бессилие. Вот что испытывал сейчас Жан-Филипп. Правитель Тортуги — и марионетка в руках английских интриганов. Изабелла, его дочь, в лапах этих бессердечных мерзавцев. Где держат? Как обращаются? Неизвестность терзала.
Донести до Людовика? Но время, драгоценное время, утекало сквозь пальцы. Пока письмо дойдет до Версаля…
Нет, нельзя медлить.
