В самый разгар очередного препирательства о том, как делить портовые сборы, если возьмем Портобелло, Жан Лоран, «хитрый лис», вдруг поднялся. Он был одним из самых горластых, то и дело вставлял едкие словечки да предлагал хитроумные схемы дележа.
— Прошу простить, господа, — сказал он, чуть поклонившись. — Нужда позвала. Я мигом.
Он вышел из душного пакгауза глотнуть ночного воздуха. Никто и ухом не повел — дело житейское при долгих посиделках. Мы продолжили грызться, переключившись на оборону будущей гавани. Прошло минут десять, потом пятнадцать. Спор помаленьку затух, капитаны притомились.
— А где Лоран-то? — спросил вдруг Томас Тью, оглянувшись на дверь. — Засиделся что-то.
Морган тоже нахмурился.
— И то верно. Пойду погляжу.
Он вышел, но почти сразу вернулся. Лицо мрачнее тучи.
— Нет его нигде. Склад пуст, кругом — ни души.
Наступила тишина. Тягучая, звенящая. Все переглядывались. Рок Бразилец грязно выругался. Пикар медленно встал, рука сама легла на рукоять пистолета. Де Васконселлос впился в меня взглядом, глаза его сузились.
Лоран. Хитрый лис. Француз, но уж больно хорошо он был в курсе испанских дел. Вежа как-то подкидывала мне обрывки сведений о его темных делишках в Картахене пару лет назад, да только прямых улик не было. И вот теперь он исчез. Исчез с тайной сходки, где обсуждались не только основы нашего союза, но и проскальзывали подробности будущего нападения на Портобелло.
Подозрение, холодное и гадкое, как змея, зашевелилось в душе. Да какое там подозрение — почти уверенность. Лоран не просто «по нужде» вышел. Он дал деру. И весьма вероятно, что ушел не с пустыми руками, а с вестями, которые могли стоить нам всем головы и похоронить наш дерзкий план еще до начала.
— Предатель… — прошипел Диего «Эль Мулато», глаза его полыхнули ненавистью. — Я так и знал, что этому французишке верить нельзя!
Начался кавардак. Капитаны повскакивали с мест, посыпались обвинения, крики — немедля найти и вздернуть Лорана на рее. Но я-то понимал — скорее всего, искать его уже поздно. Если он предатель, то уже далеко. И весть о нашем готовящемся походе уже мчится к испанцам.
Наш только что созданный Совет Капитанов, наша хрупкая «Республика Берегового Братства», не успев толком родиться, получила первый и, возможно, смертельный удар — изнутри. Нас раскрыли.
Интерлюдия.
Ночь на Тортуге дышала гнилью мангровых болот и солью Карибского моря. Густой и влажный воздух, словно пропитан испарениями перебродившего рома и застарелых страхов. Луна пряталась за рваными клочьями облаков, лишь изредка проливая свой мертвенный свет на узкую, едва заметную тропу, вьющуюся меж колючих зарослей к заброшенному причалу. Сюда редко забредали даже самые отчаянные обитатели. Именно сюда, крадучись и поминутно озираясь, скользнул капитан Жан Лоран, известный среди братства под прозвищем «Морской Дьявол». Его лисья ухмылка сползла с лица, уступив место напряженной сосредоточенности. Он покинул тайную сходку капитанов, где воздух трещал от амбиций и громадных планов Крюка, этого странного доктора, в одночасье ставшего самой обсуждаемой фигурой. Лоран сыграл свою партию в этой шумной игре, поддакивал, спорил, вставлял едкие замечания, но мысли его были далеко. Теперь он спешил на другую встречу, куда более важную.
Он достиг полусгнивших мостков старого причала. Доски под ногами скрипели жалобно, грозя провалиться в темную, маслянисто поблескивающую воду. Вдалеке тускло мерцали огни портовых таверн, доносились обрывки пьяных песен и криков. Здесь же царила почти полная тишина, нарушаемая лишь плеском воды о сваи да шелестом какой-то ночной твари в зарослях. Лоран остановился на самом краю, вглядываясь в темноту. Сердце колотилось где-то в горле — не от страха перед темнотой, нет, пират его ремесла давно перестал бояться теней, но от напряжения ожидания. Он слишком многое поставил на кон.
Из мрака, сгустившегося под навесом старого пакгауза, бесшумно выскользнула фигура. Высокая, закутанная в темный плащ с глубоким капюшоном, скрывавшим лицо. Движения незнакомца были плавными и уверенными, в них не было ни капли суеты или нервозности, свойственной обитателям Тортуги. Он подошел к Лорану и остановился в паре шагов, оставаясь в тени.
— Месье Лоран? — Голос был тихим, без какого-либо акцента, который мог бы выдать происхождение говорившего.
— Он самый, — Лоран постарался, чтобы его голос звучал так же спокойно, хотя внутренне весь сжался. — Вы принесли… то, о чем договаривались?
— Всегда держу слово, капитан, — ответила фигура. — Но прежде — отчет. Задание выполнено?
Лоран коротко выдохнул. Вот он, главный момент.
— Да. Выполнено. Англичанин… Рид… он больше никого не побеспокоит. Можете передать вашим хозяевам.
Фигура в плаще помолчала секунду, словно взвешивая слова.
— Подробности?
