– Лиз! – донесся голос из спальни, – я совсем забыл!
Я подошла к Кайлу, который держал огромную коробку, перевязанную красной лентой.
– Я забыл отдать тебе подарок!
Мои щеки покрыл красный румянец.
– Кайл, я… Прости, я даже не подумала про подарок!
– Лиз, ты уже сделала самый большой, приехав сюда. Открывай же скорее!
Кайл с нетерпением ждал, когда я развяжу ленту и открою подарочный бокс. Когда я сняла крышку, то изумленно ахнула: я достала огромный, нелепый разноцветный вязаный шарф.
Кайл заботливо взял его у меня из рук и завязал на шее.
– Чтобы ты никогда не мерзла в Нью-Йорке!
Я была ошеломлена и тронута – еще никто не делал мне таких подарков. Шарф был нелепый, но такой теплый и мягкий, что я решила, что никогда не буду его снимать! Я потянулась к губам Кайла, чтобы отблагодарить его, но рядом с дверью громко постучали и в дверной проем протиснулся курьер, который привез нам еду.
Мы поели, и молча продолжили уборку: сгребали осколки, собирали в одно место обломки мебели. Спустя пару часов и бутылку выпитого вина приехала бригада людей, которая унесла истерзанный диван и матрас. Его я проводила особо тоскливым взглядом. Смотря на то, как постепенно освобождается пространство, мне было интересно, как одна маленькая женщина смогла учинить столько бесчинств.
– Кайл, а что ты ей сказал? – нарушила я наше рабочее молчание.
– Кому? – отозвался он из недр кухонного шкафа.
– Мелинде. Это же как ее надо было довести до такого?
– Ничего сверх меры.
– Так ли?
– Лиз, что ты хочешь услышать?! – он явно выходил из себя.
– Оу, смени тон! Я на добровольных началах помогаю тебе избавляться от старой жизни – не надо на меня срываться.
– Прости. Я не думал, что сборы будут такими деструктивными.
– И все же, что ты ей сказал.
– Лиз, да ничего я ей не говорил! Мелинда категорически эмоциональная. Она настроила себе планов. Все началось с того, что я взял ее на свадьбу сестры в качестве пары, а она придумала себе невероятное будущее вместе. Я – кретин!
– Да, ты – кретин!
Он посмотрел на меня и запустил подушкой, которая лежала на кухонном гарнитуре. Я поймала ее – одну из немногих уцелевших. Бросила на пол, села и прижалась к огромному окну, из которого был виден неспящий город.
– Я просто позволил всему зайти слишком далеко. Но в этот раз, когда я шел домой, я очень хотел, чтобы там ждала меня ты. Но… – он вздохнул, – Но Мелинда накинулась на меня с порога. Я не мог этого больше выносить.
– Жалеешь?
Он обвел пространство рукой:
– Ты думаешь, стоит жалеть?!
– Ну ты же жил с ней, проводил время, позволил себе познакомиться с родителями.
– И ее папа дал понять, что его дочь – не сахар, а у нас нет будущего.
– Серьезно?! Я смотрю, ты отлично начал год.
Он протянул мне бокал вина (у него оказалось еще пару спрятанных бутылок) и сел рядом. Мы долго смотрели на то, как на Нью-Йорк опускается ночь.
– Я буду скучать по этому виду.
– Так не уезжай!
– Я не могу. Там работа мечты.
– Помогать детям можно и здесь.
– Не в этом дело.
– А в чем?!
– Лиз, ты решила устроить мне сеанс психотерапии?
– Нет. Мне просто интересно, что может заставить успешного врача, у которого здесь есть практика, дом, друзья, взять и переехать на другой конец страны.
– Тут нет любви.
Я посмотрела ему в глаза, и он с вызовом ответил на мой взгляд.
– Так, ладно… давай продолжим разгребать твои завалы.
Я встала, лишь бы только занять себя – меня слишком задела его последняя фраза. Хотелось подойти к нему, потрясти хорошенько, сказать: «посмотри вокруг, придурок… посмотри вокруг! Все, что тебе нужно, находится у тебя под носом – надо только руку протянуть и не быть таким кретином», но я просто начала собирать осколки посуды, которыми была усыпана вся кухня.
– Лиз, я… – начал фразу Кайл, я вздрогнула, оступилась и кусок стекла вошел мне в ладонь до самой кости.
– Черт!
Я подняла руку, из которой лилась кровь, оставляя большую лужу на полу.
– Засунь руку под холодную воду, я возьму аптечку.
Кайл, буквально, выскочил из кухни и спустя полминуты вернулся с большим чемоданчиком, доверху набитым лекарствами. Меня стало немного шатать – кровь смешивалась с водой, утекая в раковину, я смотрела на алые разводы и поняла, что я не могу дышать… Перед глазами начало темнеть и последнее, что я увидела – было чертовски испуганное лицо Кайла.
Очнулась я, когда квартира была полностью погружена в темноту, только рядом со мной горело несколько свечей. Я лежала на большом пледе на полу в спальне, а рядом сидя дремал хозяин квартиры. Я пошевелилась, и он открыл глаза.
– Сколько времени?!
Кайл посмотрел на часы:
– Четыре утра.
– Блин, прости! Когда я ехала к тебе я не думала, что так закончится этот день.
– Ну, день только начинается. Расскажешь, о чем же ты думала?
Я попыталась улыбнуться, но улыбка получилась вымученная.
– Как ты? – Кайл придвинулся ко мне. – Я следил за тобой, но устал и задремал. Ты была слишком бледная, потеряла много крови – я наложил три шва и перевязал руку, но боялся, что этого будет недостаточно и придется вызывать скорую.
