«Ты лучше всех!» – этот шепот заставляет мои руки покрываться мурашками.
«Как я обожаю, когда твоя вагина обхватывает мой член» – и с моих губ слетает стон.
«Я готов двигаться так вечно – не кончать, чтобы чувствовать, какая ты горячая внутри» – и моя грудь начинает подниматься и опускаться в такт сбивчивому дыханию. Соски твердеют, вспоминая его губы.
– Твою мать! – единственное, что я могу произнести охрипшим от желания голосом.
Мне не помогает ни вода, ни мысли о работе, действиях хирурга во время операции – я хочу Кайла. Хочу настолько сильно, что мне плевать на последствия! Это как наркотик, с которого слезть невозможно.
Я наспех вытираюсь, беру в спальне телефон, отмечая, что от Марка пришло еще три сообщения и набираю номер своего куратора.
«Абонент вне зоны действия сети» – говорит механический номер.
Я бросаю телефон на кровать: чертов Кайл, чертово наваждение, чертово Сан-Франциско и коктейли, которых мы выпили непомерно много в день нашей первой встречи. В этом виновата Сэм!
Я резко останавливаюсь и понимаю, что моя подруга уже как несколько дней вернулась из отпуска. Она мне писала, но из-за подготовки к операции я просто не ответила на ее сообщения.
Вот кто приведет меня в норму! Она эту кашу заварила, так пусть теперь ищет способы привести меня в чувство, иначе я просто свихнусь.
Я набираю номер Сэм.
Четвертый, пятый, шестой гудок… и только после этого Саманта снимает трубку.
– Лиз, какого хрена? Семь утра!
Я мысленно чертыхнулась про себя – совершенно забыла посмотреть на часы в этом безумном метании по квартире.
– Сэм, мне надо с тобой поговорить! – только и могу сказать я.
– Конрад уедет через 2 часа: приезжай к нам.
– Хорошо, я буду!
Я кладу трубку, ложусь на кровать, и сама не замечаю, как засыпаю. Мне снятся обрывочные сны, в одном из которых Мелинда всаживает мне в сердце нож. Спустя три часа я просыпаюсь в холодном поту – у меня пропущенные от Сэм, сообщение от Марка и абсолютная звенящая тишина от Кайла. Не удивительно.
Я собираюсь, вызываю такси и мчу к подруге – только она может дать нужный мне совет.
– Что вы сделали?
– Мы трахнулись в душе, да.
Я медленно тяну бокал виски, который Сэм щедро плеснула мне, когда я начала свой сбивчивый рассказ. События последнего месяца в моей интерпретации звучали очень тупо, но мы дошли до кульминации.
– И?!
Подруга смотрела на меня вопросительно.
– Ну что «и»?! Я пыталась дозвониться до него утром – плевать на гордость, я хотела, чтобы он приехал, обнял меня, трахнул по-человечески уже на кровати. Но его телефон молчит.
– Ну, не делай поспешных выводов: мужик приехал домой после тяжелой операции, от него пахнет сексом и другой девушкой – наверняка его фурия пришибла его топориком для разделки мяса, расчленила и везет в сторону Майами.
Я посмотрела на подругу и, будто по щелчку, мы обе залились смехом и не могли остановится несколько минут, пока я, буквально, не упала со стула. Да, Сэм знала о том, какой я люблю сериал!
– А вдруг и вправду убила?!
Мой голос стал серьезным. Я смотрела, как за окном медленно кружится снег.
– Дай Кайлу прийти в себя, Лиз! Он тоже на распутье: его тянет к тебе, но на другой чаше весов карьера. Мы с Кейт обсуждали это…
– В смысле вы с Кейт обсуждали это?!
– Мы встретились вчера и поболтали за кофе. Джош, друг Кайла рассказал ей про то, что там не все так радужно с Мэл, как хочет показать Кайл.
– Да я знаю, примерно это Джош сказал мне на вашей свадьбе. Мэл истеричка, я ему нравлюсь, Кайл не хочет жениться на Мэл, она не его невеста. Но они до сих пор вместе, он летал к ее родителям в Атланту.
– Ну, по официальной версии он действительно не собирался на ней жениться – это были просто слухи, которые сама Мэл и распустила в больнице на одном из мероприятий с участием персонала и членов их семей.
Я вспомнила, что мне в первый день рассказала о Кайле помощница главного врача.
– Ну хорошо, это похоже на правду. Но это не отменяет того, что сейчас Кайл с ней. Они помирились, у них все хорошо.
– Там тоже какая-то мутная история. Кейт сказала, что Мэл несколько раз его бросала, а потом возвращалась. Типичная женщина-драма. Кайлу явно не хочется проблем, и быть с ней вместе пока легче, чем быть порознь. Видимо так. Слишком большие ставки на отъезд.
В дверь постучали, Сэм бросилась открывать, а через минуту вернулась на кухню с несколькими коробками пиццы.
На мое удивленное выражение лица подруга ответила:
– Лиз, если ты не начнешь есть нормально, я поселюсь у тебя, и мы будем есть пиццу постоянно, чтобы ты хоть немного прибавила в весе – этот экзамен тебя доконает.
– Я только «за»! – проговорила я, откусывая огромный кусок пиццы.
Мы обсудили путешествие молодоженов. Сэм показала мне фотки, на которых игуана покусала Конрада, закат с острова и их совместный дайвинг. А потом разговор вернулся к моему экзамену, который дико нервировал и раздражал.
Вдруг зажужжал мой телефон, который лежал на барной стойке, я бросилась к нему, едва не свалившись со стула. Вместо заветного «Кайл» на дисплее, я в очередной раз увидела сообщение от Марка.
