Булле посмотрел на мамашу Хруст, которая стояла напротив, сложив руки на груди. И увидел, как настороженное выражение на ее лице сменилось недоверчивым. А когда он взял еще порцию, там что-то произошло и можно было — но только если очень внимательно посмотреть! — заметить малюсенькую улыбку, спрятавшуюся среди складок мрачного сурового лица.
Это продолжалось одну секунду. И исчезло.
— Хватит лопать! — сказала мамаша Хруст. — Двинули в банк!
НА ЧАСАХ БЫЛО… Я НЕ ОЧЕНЬ уверен, сколько было в это время на часах, но день уже начался, и мы все еще в Лондоне. На другой стороне улицы Ньюскорпхэмптоншир напротив банка «Мидклей Баркленд Гордон бэнк» стоял старый ржавый автомобиль марки «хиллман спитфайр родстер». Кстати говоря, в этой главе больше не будет длинных английских названий.
За рулем сидел Чарли Хруст, а рядом с ним — Булле, также известный как Шерл.
— Спасибо, что одолжил мне пистолет, — сказал Булле.
— Он игрушечный, — заметил Чарли. — Но зачем он тебе, ты же только внесешь вклад.
— Понимаешь, старая привычка, — сказал Булле и заглянул в пакет с деньгами «Монополии». — Мы, бандиты, без пистолета чувствуем себя в банке голыми.
Булле сделал глубокий вдох. Попробовал не думать о голодных птичках и покере на битье по костяшкам пальцев. Потом натянул на себя маску Максимуса Рублёва, открыл дверь машины и выпрыгнул. Посмотрел по сторонам и перебежал через мокрую от дождя улицу. Взглянул на свое отражение в стеклянной двери и вошел в маленький, почти пустой зал банка.
— Чем я могу вам помочь, сэр? — спросила дама за стойкой, когда Булле подошел и встал на цыпочки, чтобы она его увидела.
— О, дело очень простое, — ответил Булле, выхватил из-за пояса пистолет и, направив его на даму, кинул на стойку записку.
Он потратил много времени, соображая, что бы там написать, но сейчас подумал, что надо было потратить немного больше времени. А написано было следующее:
Она читала очень долго. Потом перечитала еще раз. Покачала головой и стала набирать что-то на клавиатуре.
Булле нервно смотрел по сторонам и пытался непринужденно улыбаться камере видеонаблюдения под потолком и охраннику, который дремал, стоя в углу.
— Будьте любезны сэр, — сказала дама и протянула ему листок. — Спасибо, что вы пожелали стать нашим клиентом.
— Теперь деньги на счету, все в порядке, — сказал Булле и набросился на свежеприготовленный бирмингемский пудинг, поставленный перед ним мамашей Хруст.
— Фантастика! — воскликнул Бетти и прочитал квитанцию. — Мы — богачи!
Он засмеялся и подтолкнул Альфи и Чарли, которые сидели рядом с ним у обеденного стола за плотными гардинами в комнате семьи Хруст. На улице уже три раза начинал и переставал идти дождь, приближался вечер.
— Смотря какие богачи, — сказала мамаша Хруст и схватила квитанцию. — Мы совсем не миллионеры. Квартплата и отопление требуют денег, мистер Шерл. Лондон чертовски дорогой город, почти такой же дорогой, как Токио. Через несколько дней мне придется отправить моих парней в город шарить по карманам. Иначе они попадут в богадельню к мистеру Диккенсу.
— Во всяком случае, теперь мы жители Монополинезии, — сказал Булле и окинул взором остатки бирмингемского пудинга. — А вот это лучше, чем карамельный пудинг доктора Про… э-э… я хочу сказать, доктора Мак-Карони, госпожа Хруст. Вы не хотите взять себе немножко?
Мамаша Хруст рассмеялась, похлопала Булле по спине, так что пудинг чуть не вышел обратно, и удалилась на кухню.
— Вот! — Альфи подал Булле большую раскуренную сигару. — Она твоя!
Булле взял сигару и сделал затяжку, показывая пальцами V, как знак победы.
Его лицо слегка посинело.
— Ну как? — спросил Альфи.
Лицо посинело еще больше.
— Ну так как? — спросил Бетти.
Лицо стало темно-синим, как штормовое море. По маленькому курносому носу скатилась капля пота.
