— Торжественно обещаю, что мы потом оплатим все штрафы, — криво усмехнулась я. — Мне и самой очень не нравится то, что происходит, но благодаря этим, — я кивнула в сторону сидящих впереди мужчин, — у нас теперь нет другого выхода. Уходи влево, — завопила я что есть мочи, опасаясь, что Гоша увлекся и забыл мое указание. Совершенно напрасно, так как парень и впрямь оказался хорошо знающим свое дело профессионалом. Максимально близко подпустив к нам преследователей, он создал у них иллюзию, что намеревается двигаться вперед или вправо. И только в самый последний момент направил транспортное средство налево. Под ужасающий аккомпанемент визжащих шин и автомобильных гудков наша машина выскочила в небольшой переулок, ведущий, если верить умной навигационной технике, прямиком к огромному торговому центру.
— Кажется, оторвались, — выдохнул Володька, а я лишь усмехнулась в ответ. — Если бы только это было так просто…
— До этого мы слушались тебя, — я кивнула Конфетину, — и все видят, что в итоге вышло. Пришло время мне перехватить инициативу.
— И с чего бы нам тебе подчиниться? — насмешливо фыркнул Гоша, сложив руки на груди.
— А тебя никто и не заставляет. — Мои губы растянулись в улыбке. — В принципе, ты свободен. Остальные, кстати, тоже. Вы вольны сами выбирать, с кем остаетесь, — обратилась я к Кириллу с Володькой. — Но помните, у меня хоть какой-то план имеется.
— Я с тобой! — Решение Севастьянова меня не удивило, а вот в Антонове уверенности не было.
— Я тоже! — произнес тот решительно и жестко.
Мы все вопросительно посмотрели на Конфетина. Он, выдавив кривую усмешку, пожал плечами и с трудом выдавил из себя:
— Что ж, руководи, повелительница.
— Вот и отлично. — Получив добро всех компаньонов, я изложила им свой план.
— Неубедительно, — покачал головой Конфетин. — Первым делом полиция будет прочесывать транспортные узлы.
— Конечно, а еще перекроет все выезды из города. Так что мы в любом случае в ловушке. Но так как мы, похоже, надолго застряли в этой проклятой стране, нам нужно действовать.
— И что ты предлагаешь? — Гоша обжег меня презрительным взглядом темных глаз.
— Я тебе об этом потом поведаю, сейчас некогда.
— И все же, по-моему, это слишком очевидно, — с сомнением покачал головой Антонов.
— Возможно. Не сомневаюсь, наши преследователи вычислят нас, если будет время. Вот почему нам нужно сыграть на опережение. Правда, с каждой минутой этого разговора возможностей для этого становится все меньше. Так что не будем терять драгоценные минуты. Ждите меня возле фонтана!
— Слушайте сюда, господа Керенские. — Удержаться от насмешки оказалось выше моих сил. — Сейчас вы пойдете в туалет и облачитесь в эти одеяния. — Я протянула присутствующим плотные полиэтиленовые пакеты. — Вместе не кучковаться. Не суетимся, а спокойно и неспешно уходим по одному. Встречаемся на железнодорожном вокзале Местре. Билеты покупаете в автомате. Ближайший по времени поезд следует в Рим. Значит, нам туда дорога. Ах да, чуть не забыла. — Открыв бумажный пакет, я выдала каждому из присутствующих коробочки с тушью и подводкой для глаз. — Постарайтесь справиться с этими сложными инструментами, — и, насладившись видом вытянувшихся мужских физиономий, помахав мальчикам ручкой, гордо последовала в сторону выхода.
Здание венецианского вокзала Местре, расположенного в материковой части города, никакой архитектурной ценности не представляет. Современное стеклянно-бетонное сооружение выглядит неаккуратно и неухоженно, что, впрочем, весьма характерно для итальянских вокзалов. Спокойно войдя внутрь, я сразу приметила стайку полицейских, лениво переговаривавшихся между собой и не обращающих никакого внимания на пассажиров. Даже на таких, как я. Это в России укутанная во все черное женщина, взирающая на мир через узкую прорезь чадры, непременно привлечет внимание правоохранителей. В Италии сегодня большее подозрение вызывают люди, одетые по-европейски. Растворившись в густо перемешанной толпе представителей разных национальностей, я неспешно двинулась вглубь помещения.
Ежедневно принимающий и отправляющий огромное число пассажиров венецианский вокзал не успевал, а может, и не пытался успевать переваривать следы их пребывания. Именно поэтому ужасающая даже русское сознание грязь и мусор так явственно бросались в глаза. Зато логистика, как и везде в Европе, была на высоте. Из-за чего мне не составило особого труда отыскать и билетный автомат, и нужную платформу.
Людей в форме я не боялась. Куда более опасными мне представлялись субъекты в штатских цивильных костюмах. Как назло, такие встречались особенно часто. Коммивояжеры, менеджеры среднего звена и предприниматели, так же как и я, спешили на поезд, отправляющийся в Рим. В этой толпе нашим преследователям затеряться ничего не стоит. А учитывая тот факт, что благодаря Кириллу им теперь наверняка разрешено открывать огонь на поражение, нервы мои были напряжены до предела.
